– Ты хочешь сказать, как-нибудь в 1993 году? Энни рассмеялась своей собственной шутке, но внутри у нее что-то сжалось. Прошло шесть лет, и все же, когда она слышала его имя или, еще хуже, видела его, она ощущала дрожь и впадала в панику, как ребенок, который случайно поджег что-то и старался изо всех сил тут же затушить огонь. Конечно, сейчас все было отлично. Они были добрыми друзьями, как и раньше, но не больше. Время от времени, по дороге на мясной рынок, Джо заходил выпить чашку кофе, а иногда и просто поболтать. Хотя большей частью они виделись на семейных торжествах: в День Благодарения, на Рождество и в день рождения Адама, Четвертого июля, так как в этот день Лорел каждый год устраивала пикник в своем саду.

И все же, когда он кивал ей в знак приветствия или дотрагивался до ее руки, все внутри у нее переворачивалось. Чувствовал ли Джо то же самое? Если и чувствовал, то скрывал это. Он, возможно, был осторожен, слишком осторожен. Он всегда целовал ее при встрече, как может поцеловать зять, но не любовник. Они держались друг с другом беспечно, шутливо, дружелюбно, особенно в присутствии Лорел, и иногда даже самой Энни казалось, что все именно так и есть. Но она знала, что это не так, это было представление со своим собственным особым ритуалом, таким же сложным, как театр Кабуки.

Если бы только…

Энни старалась отогнать от себя эту мысль, хотя она все время возвращалась. Она не могла и не хотела разрешать себе думать о том, как бы сложилась ее жизнь, если бы Джо женился на ней. Он был мужем ее сестры… и все. Если бы она позволила себе, хотя бы на секунду, вступить на этот опасный путь, они бы все пропали.

Она подумала, что ей надо вместо этого позвонить Эммету. Надо напомнить ему забрать у портного новый костюм, который он собирался надеть сегодня вечером. Они шли на прием по случаю выхода в свет новой книги по кулинарии Тэнси Бун, в которой было несколько рецептов фирмы «Момент». Конечно, там будет сама Тэнси и другие журналисты и издатели… и, что самое важное… редакторы кулинарных разделов журналов «Гурман», «Знатоки» и «Кулинары». Тэнси даже убедила своего старого друга Стенли Забара организовать прием в его магазине.

Энни, решившая извлечь максимальную выгоду для своей фирмы, предложила приготовить для приема десерт. Она подумала, что надо еще раз спросить у Тэнси, не был ли кто-нибудь включен в список приглашенных в последний момент и, кроме того, послать экземпляр книги о шоколаде Хаймену Фельдеру вместе с приглашением на прием.

Да, она должна сосредоточиться на Фельдере и ни на что не отвлекаться, и поэтому сейчас у нее не было ни минуты, чтобы встретиться с Джо.

Энни вышла из кухни и быстро пошла по фабрике, заходя в цеха, заставленные большими разделочными столами с полками снизу, стоящими впритык друг к другу, как стены в лабиринте. Рабочие в белых фартуках и белых кепках бегали от одного стола к другому с подносами с тонкими, как бумага, листами шоколада, ириса с фисташками, с облитыми шоколадом апельсиновыми дольками, пролине, карамелью и готовыми шоколадными конфетами, которые осталось только положить в коробки. Безукоризненно чистые печки, духовки, глубокие раковины, мешалки, тигели, одна старая и две новые глазировочные машины стояли вдоль одной стены большого помещения, в котором, как сказал Эммет, когда впервые привел ее сюда, находилась раньше большая шляпная мастерская.

Она увидела пухленькую темнокожую Нетту, которая несла целый поднос печенья «дамские пальчики». Интересно, положила ли Нетта картон на противень, прежде чем класть печенье в духовку. Ведь последние несколько порций были суховаты, а картон сохраняет влагу. Взгляд ее упал на стеллаж с деревянными ящиками.