— Так точно, господин генерал-майор. Я просто хотел выяснить…

— Если вы меня поняли, тогда покажите своим солдатам пример доблести и бесстрашия.

— Слушаюсь!

Капитан Ландман положил трубку. Призрачная надежда уцелеть в этом кошмаре была мгновенно разрушена. Комендант города-крепости уверенно шагает в ад и тащит за собой всех тех, кому каким-то чудом удалось выжить в череде непрекращающихся боев.

Офицеры, стоявшие рядом, с надеждой ждали ответа генерала и по тому, как помрачнело лицо капитана, догадались, что сопротивление будет продолжено. Вытащив письмо из кармана, Ландман порвал его на несколько кусочков и швырнул в камин. Теперь держать при себе письмо в качестве оберега не имеет смысла — оно вряд ли сумеет уберечь в этом кровавом месиве!

— Укрепляйте позиции и подтаскивайте к амбразурам боеприпасы. Они нам еще пригодятся, — напомнил капитан.

Офицеры разошлись по местам расположения подразделений, чтобы передать приказ капитана солдатам. Из подвалов, где находились склады с оружием, зазвучали команды. Солдаты торопливо, понимая, что срок затишья ограничен, волокли ящики с патронами к огневым точкам.

* * *

Генерал-майор Мотылевский посмотрел на ручные часы и отметил, что ультиматум о капитуляции гарнизона равелина закончился десять минут назад. Обещание следовало исполнять, а стало быть, придется предпринять нечто более кардинальное, чтобы принудить немцев к сдаче гарнизона.

Равелин размещался внизу, к нему вела хорошо утоптанная дорога, контролируемая тяжелыми пулеметами. Если начать его атаковать, то за пару минут можно потерять целый батальон. В других местах тоже не лучшее место для атаки — глубокие рвы, простреливаемые пулеметными расчетами; снайперы, затаившиеся у брешей. Танкам амбразуры равелина не поразить — слишком низкое расположение, следовало придумать нечто похитрее.

После короткого стука в штаб дивизии вошел капитан Велесов.

— Тебе чего? — раздраженно спросил генерал-майор. Не самое подходящее время, чтобы заниматься личными делами офицеров.

— Товарищ генерал-майор, я знаю, как можно взять равелин совершенно бескровно.

— Так уж и бескровно? — хмыкнул Мотылевский. — Мы тут головы ломаем, как эту задачу решить, а у тебя, значит, уже и готовый рецептик имеется.

— Так точно, товарищ генерал-майор, имеется.

— Давай выкладывай.

— Равелин находится под горой. Нужно наполнить мазутом бочки, поджечь их и пустить вниз, прямо на ворота равелина. Бочки разобьются о каменную стену и подожгут ее, а еще через несколько минут пламя перекинется на весь равелин. Если немцы не желают сгореть заживо, они вынуждены будут сдаться.

— Вижу, смекалка у тебя работает, капитан. Ты кто по специальности?

— Архитектор.

— Ах, вот оно что… Только где ты столько бочек возьмешь для поджога? Не собирать же нам их по всему фронту.

— В одном из гаражей стоят пустые двухсотлитровые бочки. Бензин в них был, немцы самолеты заправляли.

— Твоя задумка — вот давай ты ее и реализовывай. Обратись к танкистам за мазутом, скажешь, что действуешь по моему распоряжению. И не медли!

— Есть! Разрешите идти?

— Ступай.

— Как у танкистов с мазутом? — спросил Мотылевский у зама по тылу, когда Велесов вышел.

— Хватает, — ответил зам по тылу. — А потом, танкам сейчас особенно и некуда разъезжать.