|
Святой Франциск, Иоанн Креста, святая Тереза Авильская, святой Антоний Великий и святой Антоний Падуанский, Мейстер Экхарт и Пьер Тейяр де Шерден, и многие другие преклонили колени перед лицом прибоя и встали у нас за спиной. Они молились. А к нам с холмов потекло Эммануилово войско. Эту армию больше не возглавлял человек-демон, ее вел единый инфернальный дух, лишенный разума и милосердия. Сияние благодати заполнило воздух и придало мне сил. Сколько мы выдержим на этом золотистом допинге? Черные птицы Эммануила бросились вниз с клекотом и криками, Огромные темные крылья и огненные одежды джиннов летели на нас в одном адском вихре. Я думал, что продержусь несколько секунд, но сражался неожиданно легко, лучше, чем при Монсальвате. Удары были четки и метки, словно дух Марка водил моей рукой. Может быть, Господь простил его и выпустил на это поле сражения во искупление его служения Эммануилу. Или все святые воины, погибшие и замученные, встали рядом с нами и сражались за нас: святой Георгий и Дмитрий Солунский, Федор Стратилат и Федор Тирон, Маврикий и святая Жанна. Рядом со мной бился Олег, потом Жан. Он опять отказался прятаться за нашими спинами. «Если я привел вас к гибели — зачем вам такой король? Если же нет — Господь спасет и меня». Но нельзя сражаться с магмой земли, подземным пламенем, затопляющим долины. Нас было слишком мало, и мы отступали, а за спиной шумел прибой, и его гул сливался со звоном стали. Вдруг стало светлее. Золотое сияние разгоралось впереди нас, на холме. Напор врагов ослаб, и мы чуть не поддались самоубийственному соблазну атаковать. Я перевел дух и посмотрел вверх. Прямо напротив нас в облаке теплого света возвышался замок. Я сразу узнал его. Это огромное сооружение ни с чем не спутаешь. Крак де Шевалье! Исчезнувший в пустыне Святой Земли и возникший из небытия здесь, на Атлантическом побережье. Из замка выходили рыцари госпитальеры в черно-красных одеждах. Черные плащи с крестами и стяг Архистратига Михаила. На помощь земному воинству пришло небесное. Золотое сияние за нашими спинами дошло до нас, и мы погрузились в него. Я видел свои руки в облаке света и пылающий золотом меч. Сопротивление инфернального войско стало еще слабее. Они двигались, как во сне. Атака больше не казалась самоубийственной. Жан поднял меч, улыбнулся и бросился на врагов. Госпитальеры замка встретили их своими клинками. Мы прорубали дорогу к нашим союзникам. Два золотых облака слились в одно, и воинам Эммануила здесь больше не было места. Они падали на землю, корчась от боли в волнах божественной благодати, которая была для них адским пламенем. Через четверть часа все было кончено. Инфернальное войско, которому не за что было погибать, предпочло смерти отступление. Мы обнимались с нашими неожиданными спасителями и смотрели на черных птиц, сгорающих в пламени золотого сияния. Улыбки, объятия, встречи рыцарей ордена, годами не видевших друг друга. Радостный Жан, и ни на ком ни царапины. Что-то во всем этом было не то. Не бывает! Рано успокоились. Святые так и стояли на коленях у кромки прибоя. Никто не встал и не прервал молитвы, словно ничего еще не решилось. А что решилось? Я оглянулся на холмы. И вовремя. Над ними снова разгоралось багровое пламя. — Жан! Он проследил за моим взглядом и помрачнел. — Да, конечно. Мы разгромили только передовой отряд. Холмы залило огненное море. Не только по дорогам и перевалам — везде, без малейшего просвета. А над огненным морем — такое же равномерно черное небо. Только в первых ближайших мазках этой черноты можно было различить взмахи крыльев. Сопротивление казалось бесполезным. — Государь, смотрите! Олег показывал куда-то на море, за наши спины. |
