На допросах боевик неделю мужественно продержался, потом все же заговорил. Его, конечно, в оборот осторожно пустили, чтобы не помер сразу же, не отдал концы внезапно.

Как я и подозревал, двое стрелков оказались из финнов, двое из русинов карпатских, а главными были трое англичан.

Организатор засады подал сигнал и сам с места покушения ушел. Составили фотопортрет, однако, найти не смогли, скорее всего, уже из столицы уехал. Разослали фото на всякий случай по стране, однако, если это точно английская спецслужба, он может прикинуться хоть немцем, хоть турком, документы точно любые имеются и их не отличишь от настоящих. Раненый оказался русин из Лемберга, но, он просто наемный убийца, никакой не штатный сотрудник спецслужб.

— Как я и думал, ваше Императорское Величество, следы ведут к англичанке. Вряд ли они еще раз попробуют что-то такое устроить, и так явно перегнули палку со стрельбой из пулеметов в центре Петербурга. Тем более, один стрелок попал к нам и они рассчитывают, что он точно заговорит.

— Почему вы так уверены в этом? Англичане обычно добиваются своего! — не согласен Николай Второй.

— Вот сейчас был как раз такой случай, когда они должны были добиться моей смерти со стопроцентной вероятностью. Теперь отпустят вожжи, и так слишком запачкались в организации нападений на высшего сановника империи. Они же собираются после победы на немцами, пусть и очень жеманно выделываясь, все же возобновить нормальные отношения.

— Пока победы особо не видно. Англичане, французы и американцы несут больше потерь, чем германцы с союзниками, — снова провоцирует меня император на откровенное предсказание.

Хочет еще раз услышать, что мы поставили на правильную лошадь, не участвуя в войне. Что точно не ошиблись в выборе нейтральной стороны.

— Государь, вот уже наступает семнадцатый год. Через три месяца вы должны были подписать отречение, после особо настойчивой просьбы генерала Рузского. Даже, скорее, его истерики! А теперь кто он такой? Как и генерал Алексеев?

— Кто же они по вашему? — недоумевает император.

— Ваши верные слуги! Не знаю еще точно, обращался ли Терещенко к ним с речами лукавыми? В любом случае назревший вопрос с богатейшим предпринимателем, который хочет управлять империей, да еще явный агент Ротшильдов, придется решить так, чтобы все поняли. Что это расплата за те мысли и разговоры, которые он, наверняка, уже кому-то озвучил, — настаиваю я.

Император пока с этой идеей не согласен, но, мы никуда и не спешим, дождемся конкретных доказательств. Его пособники и союзники находятся у меня в списках и я пока продумываю, согласно получаемой информации, где у них самое слабое место.

Чтобы взять тайком, да прижать к теплой стенке рядом с пышущим жаром камином. Чтобы запели с первого раза и никто не понял, что теперь стал надежный вроде товарищ двойным агентом.

Новый, тысяча девятьсот семнадцатый год встретил вместе с графиней в каком-то дворце, наряженный в тот самый мундир с золотыми эполетами, который носить особо не люблю.

Марии нравится хвастать мной, таким необыкновенным везунчиком и на редкость бравым генералом, выходящим целым и невредимым из любых перестрелок. Еще она знает про мою тайну больше других и просто наслаждается этим знанием. Кажется, чувствует себя подругой бога, прикидывая про себя, кого спасти, а кого оставить безжалостно умирать.