Наблюдая за ними, Денис забыл вернуться в автомобиль. Придерживал двумя руками открытую дверцу и смотрел, стараясь ничего не пропустить. Было страшно, но жутко любопытно.

– Куда вызвездился? – прошипела Вика. – А ну, на место…

– Погоди, – так же шёпотом отвечал Денис. – Кто это? Что за военные?

– Казаки… – с долей неприязни ответила ополченка.

– Казаки? Так они же за нас.

– За нас. Но себе на уме. Никому не подчиняются. Батя давно бы их разогнал, но рано пока.

– А чего они тут?

– Откуда я знаю? Говорю же – себе на уме.

Вайсу оставалось шагов двадцать, чтобы поравняться с помощником коменданта, когда казак с пулемётом, немного опустив ствол, нажал на гашетку. Короткая очередь превратила в крошево асфальт у самых ног Тополина. Мелкие осколки щебня ударили по одежде. Майор не шелохнулся, но его бойцы подались назад, вскидывая оружие.

Казаки дружно захохотали. Вернее, заржали, как табун диких коней.

– Тихо! – рявкнул Тополин, перекрывая их безудержный смех. Он не видел приближающегося мага-хранителя. – Ещё раз повторяю – кто приказал?

– Атаман приказал! – нагло выпятив подбородок, отвечал казак с пулемётом.

– Я – помощник военного коменданта Донецка. Это место под особой охраной. Грузи своих бойцов в кузов и возвращайся к атаману.

– А у меня приказ – территорию взять под охрану, а людей арестовать.

– На каком основании?

– За сотрудничество с Украиной.

– Я ручаюсь, за них. Никакого сотрудничества быть не может.

– Вот как? Ручаешься?

– Ручаюсь?

– А с какого интереса?

– Я ручаюсь. Этого достаточно.

– Так может, и ты за Украину, майор? Может, тебя арестовать? Или сразу к стенке поставить? У нас с этим просто.

– Я заметил…

В это время Вайс поравнялся с Тополиным и остановился за его левым плечом, опираясь на трость. Саня держался чуть позади, слегка согнув ноги и ссутулившись. Не приходилось сомневаться, что с его умением стрелять по-македонски, если начнётся заваруха, ополченец-маг успеет положить человек пять, прежде чем казаки поймут, в чём дело. Серёга отстал ещё дальше, заняв такое положение, что толстый фонарный столб мог послужить укрытием, зато его стрельбе не помешали бы свои.

– О! А это что за клоун? – бородатый казак заметил мага-хранителя и немедленно отреагировал на его шляпу и щегольское пальто. – Ты откуда взялся, петух гамбургский?

– Меня зовут Вальдемар Карлович Вайс, почётный горный штейгер и хорунжий Всевеликого Войска Донского.

– Что? Вальдемар? Карлович? Хорунжий? Слыхали, односумы? Вот смехота!

Казаки снова заржали. Некоторые даже опустили автоматы, хлопая себя по ляжкам.

Вайс покачал головой. Шагнул вперёд. Теперь уже Тополин оказался за его плечом.

– Весёлый вы народ, станичники. Весёлый и жизнерадостный… – почти нежно проговорил он. – Даже жалко вас наказывать.

Маг рванулся вперёд, размазавшись в воздухе, как кот в мультиках о Томе и Джерри. Обычному человеку такое не под силу. Даже если он Джеки Чан или Брюс Ли. Мелькнула трость, едва заметная на такой скорости. Казак с пегой бородой ойкнул жалобно и уронил пулемёт. Один за другим падали ближайшие к нему бойцы. Кто-то держался за колено, кто-то подхватил повисшую, как плеть, руку. У самого молодого, румяного богатыря – косая сажень в плечах – глазные яблоки сошлись к переносице, от чего лицо стало напоминать блаженного с церковной паперти.