– Только ложка, милок, – словно подслушала его мысли Авдотья. – Кто ж вареник колет? С его тогда весь смак вытечеть.

Денис подумал мгновение-другое и согласился. Всем известно – самое вкусное кроется у вареника внутри. Он подцепил один из них ложкой, подул, опасаясь обжечь язык, а потом отправил в рот… И даже глаза зажмурил от удовольствия.

– Кушай, милок, кушай, – продребезжала Авдотья.

– Давай, налегай. Столько побегал… – поддержал её Учитель. – Только вначале прожуй и скажи, что из моих слов тебе больше всего непонятно?

– Брамфатура, – проглотив первый вареник, Денис произнёс первое, что пришло ему в голову.

– Хорошо. Попробую пояснить. Во вселенной существует множество миров. Да, они отстоят друг от друга на миллиарды вёрст, а то и больше. Вряд ли когда-либо при нашей жизни нам суждено будет повстречать выходца из другого мира.

– А как же НЛО? Инопланетяне, «тарелочки», контактеры и всё такое?

– Ты веришь в эту чушь? – приподнял бровь Иван Порфирьевич.

– Хочется верить. Ведь это так интересно – встретиться с внеземной цивилизацией!

– Может, и интересно, – пожал плечами старик. – Но не уверен, что полезно для здоровья. Ты можешь быть уверен, что выходцы из иной брамфатуры не уничтожат человечество, как хозяйка домашних муравьёв, протоптавших дорожку к банке с вареньем?

– Высший разум гуманен! – Денис повторил фразу, вычитанную в какой-то из книжек.

– Хочется верить, да не хочется проверить, – сильные и ловкие пальцы Учителя продолжали мять глину, формируя из неё подобие человеческой фигурки. – Ты слушай и мотай на ус.

– Простите…

– Логос простит. Мне не хватает только иномирцев. Вполне достаточно местных демонов. Меньше врагов – меньше забот. Миры состоят из слоёв. Как пирог. Слой сладкий, слой горький, слой сухой, слой мягкий. Это я к примеру, чтобы тебе понятнее было. У каждого слоя своё название, свои обитатели, свой норов. А все вместе они называются брамфатурой.

– Это как у викингов – Асгард, Мидгард, Нифльгард?

– Викинги не были дурачками и ведали многое из того, что современным людям представляется сказкой. В их легендах отражено строение нашей брамфатуры. Не полностью, конечно, а ровно столько, сколько мог вместить их разум, весьма ограниченный в силу варварского образа жизни. То, что они называли Мидгардом, мы сейчас именуем Энрофом. Я правильно угадал твой второй вопрос?

Денис кивнул.

– Брамфатура система сложная. Все её слои так или иначе взаимодействуют. В них идёт непрестанная борьба провиденциальных и демонических сил. Пока понятно?

– С демоническими понятно. А провиденциальные это…

– Это силы Добра. Относительного Добра конечно, ибо всё в мире относительно.

– Ну, это понятно… – Денис вдруг понял, что скребёт ложкой по пустой миске. Кажется, он мог бы съесть ещё столько же, но добавки просить постеснялся.

– Не всем понятно. Некоторые выросли на идеалистических принципах, – Иван Порфирьевич поморщился, явно вспоминая какого-то старинного знакомого, с которым немало времени провёл в спорах о природе бытия и строении мира. – Существуют брамфатуры, полностью свободные от сил Зла, а есть и такие, что полностью подчинены демоническому началу.

– Откуда вы знаете… – начал было Денис, но замер, глядя на новую статуэтку в руках Учителя.

Небольшая, сантиметров пятнадцать в высоту, она изображала тощее человекоподобное существо с трёхпалыми конечностями и круглой головой, по обе стороны которой торчали на стебельках глаза-шарики, очень похожие на крабьи.