– Какие мы умные слова знаем, – еле слышно пробормотал маг.

– Да, мы такие. Не лаптем щи хлебаем, – ухмыльнулся Водопольев. – Мы анализировали, строили графики… – в подтверждение его слов на экране замелькали сложные кривые, построенные как в Декартовой, так и в полярной системе координат. Чтобы определить это, знаний Дениса полученных на первом курсе, хватило. Но только лишь на это. – Проводили корреляцию и аппроксимацию. В итоге, опираясь на научно-обоснованные строгие выводы, мы получили следующие результат – психоэмоциональное поле нашей реальности генерируется неким живым объектом, который обитает в параллельной реальности.

– Правда? – Вайс даже ладонями всплеснул, изображая крайнюю степень удивления.

– Не издевайся, – угрюмо ответил Жорж. – Мы долго проверяли. Это действительно живое существо. И оно, скорее всего, питается людскими эмоциями. Причём оно не одно… Мы, конечно, не могли проводить полноценные исследования под США, Евросоюзом, Китаем или Индией, но использовали методы косвенных подтверждений. Они показывают аналогичную картину, – он снова клацнул «мышью». На экране появилась нарисованная скупыми штрихами бесформенная туша, похожая на осьминога, но с огромным числом щупалец, которые сплетались, словно спагетти в кастрюле. Картину довершали огромные глаза, прикрытые веками с пушистыми ресницами и тупой клюв, почему-то расплывшийся в улыбке. – Это не мои художества, не подумайте, – учёный позволил себе грустно усмехнуться. – Это Ктулху – чудовище, придуманное Говардом Филлипом Лавкрафтом. Ты должен помнить.

– Ещё бы я не помнил!

– Образ Ктулху показался нам наиболее подходящим, чтобы проиллюстрировать наши выводы на видеопрезентации и только лишь.

Денис вглядывался в экран и чувствовал, как по спине бегут мурашки. Пусть этот Ктулху и вымышленный персонаж, пускай художник видит его по-своему, и даже не так, как описывал американский писатель девятнадцатого века. Но он удивительно точно схватил образ того чудовищного существа, которое проступало перед обитателями Друккарга в самом последнем страшном сне. Ну, разве что дурацких глаз не было – откуда у моллюска ресницы?

– Он лежит во сне, подобном смерти, на вершине подводного города Р’льех посреди Тихого океана, – явно процитировал Водопольев.

– Знаешь, мой дорогой друг Жорж, – негромко проговорил маг-хранитель. – Вы могли бы потратить гораздо меньше времени, если бы обратили напрямую к нам. Я, конечно, понимаю, что волшебники со своим шарлатанством – это та сторона, к помощи которой настоящие учёные, истово служащие Её Величеству Науке, прибегают крайне редко и только в последнюю очередь, но ты меня разочаровываешь. Нужно же искать быстрые и рациональные пути решения поставленных задач.

– Один великий учёный говорил – мы не ищем лёгких путей в науке! – с вызовом ответил Водопольев.

– Ну, и зря. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на бесплодные поиски. Наверное, сейчас ты уже выяснил, что Лавкрафт, скорее всего, описывал Стэбинга – демона североамериканской государственности. Но, не будучи посвящённым в запретное знание, хотя и обладавший способностями мага, писатель, крайне вольно распорядился с дошедшими до него крохами информации. Например, разместил обиталище Ктулху где-то в Полинезии. Есть у них там свой уицраор, который ни под каким видом не пустил бы Стэбинга на свою территорию. Правда, он очень слабый и не имеет особого влияния на нашу брамфатуру…

– Где ты таких слов нахватался?

– Читай больше книг, и они станут доступны даже твоему пытливому уму. Тот демон, влияние которого вы исследовали, зовётся Жругром.