— Да-а-а! Она сразу всё поняла, хотя и не узнала меня. Представляете, она меня забыла! — со злостью в голосе произнёс Нестеров.

Саблину нечего было ответить. Ему вдруг нестерпимо захотелось на свежий воздух.

Автозак затормозил. Конвоиры открыли дверь.

— Приехали, — сказал один из них.

Следователь встал и выпрыгнул из машины. Он вдохнул осеннюю вечернюю прохладу, провожая взглядом Савелия, которого уводили полицейские.

Перед ним возвышалось серое здание отделения. Окна мерцали тусклым жёлтым светом. Саблин знал, что его там ждут. Он достал телефон и набрал номер Тимофеева. Короткие гудки, и в трубке раздался низкий голос: «Лёш! Ну?! Задержал?»

— Задержал, товарищ полковник. Сейчас в участке.

— Чёрт возьми! Молодец! Жду отчёт. Не затягивай, — Илья Ильич сделал паузу, — и отдохни.

Саблин вошёл в здание. Дежурный кивнул ему.

Следователь поднялся в свой кабинет.

Там его уже ждали. Максимова отошла от окна, а Виктория встала со стула и сделала несколько шагов навстречу майору.

— Как Саша? — спросила Дина.

— Жить будет, — Саблин прошёл к столу и устало опустился в кресло. Его лицо в ссадинах после борьбы с Нестеровым выглядело мрачным.

— Вы его задержали? Он в участке? — спросила Виктория.

— Да.

— Признался?

— Признался, — Саблин вздохнул и достал сигареты.

— Мы задержали Нестерову, — сообщила Дина.

— Где?

— На вокзале. И уже допросили.

Саблин заинтересованно посмотрел на женщин, закуривая.

— И как прошло?

— Виктория выжала из неё всё, — произнесла Дина, улыбнувшись.

— Молодцы.

— Её надо обследовать. Могу предположить, с Нэлли тоже не всё в порядке в плане психики. Можно мне сигаретку? — спросила с улыбкой Колесникова.

Саблин протянул женщине пачку.

— Она виновата во всём случившимся с братом, — пояснила Максимова для Саблина. — Её подруги унижали мальчика, а она позволяла им. Пыталась наказать его за то, что он хотел быть мужчиной и проявлял интерес к её однокурсницам.

— Савелий тоже мне рассказал мало приятного. Как он говорит, убийство в Танжере было случайным. Он хотел взглянуть на реликвии. А вот Лера, по его словам, спровоцировала в нём давнюю ненависть к Потаповой, Терентьевой и Самедовой.

— Нет, — покачала головой Виктория, — катализатором стала археолог. Просто Нестеров этого не осознаёт. Решиться на первое убийство, на самом деле, сложно даже для преступников. Но если этап пройден, дальнейшее лишь является следствием.

Оставшись один в кабинете, Саблин откинулся на спинку кресла, чувствуя, как ноют плечи, гудят виски и саднят раны на лице.

Вокруг него витала тишина, густая и приятная. Спокойная.

На столе теперь, словно обломки, громоздились папки с материалами дела: фотографии, протоколы допросов, экспертные заключения.

Следователь закрыл глаза, пытаясь отгородиться от образов, среди которых он жил последнюю неделю: свечи, маски из воска, заброшенные, безлюдные места. И вот наконец преступник задержан. Дело можно закрывать.

Майор открыл глаза. Усталость накатывала волнами. Он чувствовал себя выдохшимся. Но в глубине души сквозь пелену измотанности пробивалось чувство удовлетворения. Он остановил убийцу. Больше никто не пострадает.

Саблин теперь сидел один на один со своей усталостью, с мыслями и победой, доставшейся ему ценой огромных усилий и бессонных ночей.

Он глубоко вздохнул. Завтра его ждёт новый день, новые дела, новые преступления.