— <style name="Bodytext30">Вы, таво, волками не коситесь. Не в долг пришел выпросить… Коль потревожил — не обессудь, — обратился Макарыч к хозяину.</style>

— <style name="Bodytext30">Поди, в городе трепаться понапрасну выучился. Не на то обида, што пришел, а на то, што покидаишь скоро. Худа тебе не причинили. На каво серчаишь — ума не приложу.</style>

— <style name="Bodytext30">Домой надобно. Марья, почитай,</style>

<style name="Bodytext30">Третью</style><style name="Bodytext30">неделю одна. Нешто она мине чужая? Небось, наскучалси. И в доми подмочь ужо пора.</style>

<style name="Bodytext30">Как хозяин ни уговаривал Макарыча остаться — не согласился. К другому вечеру в свой дом пришел.</style>

— <style name="Bodytext30">Ох, отец, уж и не чаяла тебя увидеть, — заплакала, забилась в его руках Марья.</style>

— <style name="Bodytext30">Чево эдак-то? — встрепенулся Макарыч.</style>

— <style name="Bodytext30">Беда у нас. Серый-то вконец занемог. Не </style><style name="Bodytext30">подымается. Не ест. По глазам вижу — помрет скоро. Будто тебя единого ждал, чтоб проститься.</style>

<style name="Bodytext30">Макарыч враз в сарайчик кинулся. Серый лежал на сене. Завидев хозяина, заржал тихонько. Мордой к нему потянулся. Да голова, видать, отяжелела. Уронил ее Серый.</style>

— <style name="Bodytext30">Лежи, лежи, дружок мой единай. Вот и отдружили мы. Вишь, как оно… Знать, недолго я тя перескриплю, — дрогнули руки Макарыча.</style>

<style name="Bodytext30">Старый конь смотрел на него, не моргая.</style>

— <style name="Bodytext30">Отъездили мы с тобой. И отдохнуть-то тибе не привелось.</style>

<style name="Bodytext30">Дороги… Сколько их исходили, изъездили они вдвоем. Так незаметно шли рядом их жизни. Серый уронил голову на сено. Следил за лесником. Макарычу тяжело. На боках у коня не зажили следы кнута. Глубокие, больные. Но конь о них забыл.</style>

— <style name="Bodytext30">Неужто все? — не верил лесник, обнял</style><style name="Bodytext30">Серого за голову.</style>

<style name="Bodytext30">А тот жалел хозяина: кто ж теперь его, старого, возить будет? Ведь он уже совсем не такой, как прежде.</style>

<style name="Bodytext30">Серый закрыл глаза, припоминал прошлое. А леснику словно кто за пазухой костер развел, и вот ест поедом огонь грудь. Конь был единственным его самым верным другом. Он понимал без слов. Не подводил. А вот сейчас… Макарыч, пошатываясь, вернулся в избу. И вдруг среди ночи подскочил. Будто кто кипятком ошпарил. Серый бился в последних судорогах. Всхрапывал. Силился встать. Но куда там: смерть забрала у него силы, мученья оставила. Другой бы пристрелил, чтоб не маялась животина. Макарыч прижался горячим лбом к похолодевшей стене. Отвернулся. Куда там стрелять… Руки вконец обвисли: не Серого пристрелить, а самому впору в петлю лезь.</style>

— <style name="Bodytext30">Господи, али дай ему кончину скорую,</style><style name="Bodytext30">штоб</style><style name="Bodytext30">не изводилси, али спаси ево. На што бедолага мучитца? Ить, окромя хомута, не довелось в судьбине ему ничево познать. Помоги. Рассуди сам. Облегчи долю лошадью, — просил Макарыч.