|
Почудитца ему спросонок несусветное и все. Жидким дербалызнет — и готов. Поганая та смерть ишо и потому, што такой зверь, как ведмедь, ей кончилси, я ба по-другому издохнуть хотел. На своих ногах, не в койке. И штоб не ревели по мине. Слез не терплю. Нехай ба на моей кончине веселились до обмороку, пили до упаду, плясали до синевы. Мине и отходить так-то легше ба стало. Я смех люблю. Мало ево слыхивал. От таво шибко ен мине по душе. А слезы — зряшное. Бабье. Им дай волю. Бабы всех в их утопять. Да только не из души оне. От мокроты, от дурнова званья. Коль при жисти жали не видывал, мертвому на што такая ноша? Хочь ба грехи осилить уволочь. Под смех-то проще обделать.</style>
— <style name="Bodytext30">Неужели ты и вправду смерти не боишься? — удивился Колька.</style> — <style name="Bodytext30">Ей-богу! Не брешу.</style> — <style name="Bodytext30">И жить не хочется?</style> — <style name="Bodytext30">Почиму жа? То дело другое. Жить кажной твари охота. Я ж те про кончину толковал. А она придет — не спросит. Мине к ей уж не готовитца. Давно сговоренай.</style> — <style name="Bodytext30">Плохо тебе жить?</style> — <style name="Bodytext30">Ни от таво! Однако ж година моя настанит. Усе мы грешнаи смертны.</style> — <style name="Bodytext30">А я боюсь умирать.</style> — <style name="Bodytext30">Раненько, погоди. Поспеишь на погост.</style> — <style name="Bodytext30">Интересно, сколько я проживу?</style> — <style name="Bodytext30">То от Господа. Сколь положит ен, так и будит. День в день.</style> — <style name="Bodytext30">Мне подольше хочется.</style> — <style name="Bodytext30">Эх, Колька, иной годов сорок протянет едва, маетца. Все хворает, смертушку кличит. А она ровно оглохла. Другой век цельнай живеть и хочь ба што! Тут не угадаишь. Кажному свои и планиды, и кончины…</style> <style name="Bodytext30">Макарыч шел торопко, также бежали торопко мысли в его голове. Но вот он совсем неподалеку от себя след увидел. Тот самый. Еще свежий. Теплый.</style> — <style name="Bodytext30">Знать, я тибе, а ты мине следишь, — шепнул Макарыч и медленно пошел по следу.</style> <style name="Bodytext30">Он знал: до берлоги еще добрый десяток верст. Слышал раньше, что медведи заранее чуют своего убийцу. Знают день. Нередко навстречу выходят.</style> <style name="Bodytext30">Или засаду устраивают. И уж тогда кто кого… Бывало, сделает медведь петлю, вернется на прежний след. Тут и подкараулит преследователя. Рассчитается с ним сполна.</style> <style name="Bodytext30">Лесник отошел в сторону, прислушался, пригляделся. Тихо пошел дальше. Снял ружье с плеча,</style> <style name="Bodytext30">проверил заряды. Нож поближе сдернул, под руку. И, глянув вперед, заметил: следы повернули за стланик. Как знать — роковая ли то петля? Или зверь двинулся дальше? Макарыч решил передохнуть. Он отошел па несколько шагов. Ему захотелось закурить. Но словно кто удерживал руку, что потянулась за кисетом. А тайга напряглась, выжидала.</style> <style name="Bodytext30">Даже ветер утих, угомонился, наблюдая за человеком. Тоже ждал. Треск сучьев послышался внезапно. Макарыч вскочил. Медведь появился тут же. Да, он шел по следу. Лесник выстрелил, почти не целясь. Потом снова. Туда, где по его предположению была голова медведя. Сам в сторону метнулся. |
