Прежде чем он смог ответить, чья-то рука схватила его за плечо, оттягивая назад. Он мгновенно крутнулся, и его кулак врезался в челюсть Леонида, пошатнув того. Золотоволосый спартанец потер подбородок, а затем двинулся вперед.

— Прекратите! — воскликнула Дерая, но юноши проигнорировали ее, скованные взглядами, полностью сосредоточенные друг на друге. Леонид скользнул вперед, проводя обманный боковой удар, а затем нанося молниеносный прямой в лицо Пармениона. Меньший парень нырнул под удар, хватая тунику Леонида и впечатывая колено в пах противника. Леонид взвыл от боли и согнулся пополам. Лоб Пармениона врезался в лицо Леонида, и тот осел и почти упал. Парменион оттолкнул его, потом увидел широкий зубчатый камень в траве. Подняв его, он надвинулся на ошеломленного Леонида, желая лишь одного — раскроить ему череп.

Дерая преградила ему путь, и ее ладонь соприкоснулась с его щекой, как удар молнии. Его пальцы стиснули ей горло, и камень взметнулся вверх… он застыл, увидев ужас в ее глазах.

Отбросив камень, он отступил: — Я… я прошу прощения… Он… Он мой враг.

— Он мой брат, — сказала она с лицом, холодным, как тот камень, что он только что бросил на землю.

Леонид, оклемавшись, теперь стоял рядом с ней: — Еще раз подойдешь к моей сестре — и ответишь мне за это с мечом в руке.

Парменион вдруг засмеялся. Но в этом звуке не было слышно юмора.

— Это будет удовольствием, — процедил он. — Ведь мы оба знаем, какой меч я буду держать в руках. Тот, который тебе никогда не заполучить — хотя ты жаждешь его всей душой. Но не страшись, Леонид, мне ничего не нужно от тебя — или от твоей семьи.

— Думаешь, я боюсь тебя, простолюдин?

— Если не боишься — то должен бояться. Выходи против меня когда пожелаешь, ты, надменная свинья. Но знай одно — я тебя уничтожу!

Повернувшись на пятках, Парменион удалился.

Гермий покинул тренировочную площадку и пошел по улицам, через торговую площадь, подойдя к озерному святилищу, когда девушки уходили оттуда. Там не было никаких следов Пармениона, и он уже собрался удалиться за деревья, когда его заметила Дерая и помахала ему рукой. Скромно улыбаясь, он подошел. Дерая подбежала к нему, чмокнув в щеку.

— Не часто мы видим тебя здесь, кузен. Проявляешь интерес к девочкам?

Две подружки Дераи подошли к нему, трогая его тунику и как бы изучая узор на ткани.

Гермий зарделся: — Я ищу своего друга, Пармениона.

Ее лицо помрачнело. — Он был здесь. А теперь ушел, — отрезала она.

— Он обидел тебя? — обеспокоенно спросил Гермий.

Дерая ответила не сразу. Леонид будет разгневан, если узнает, что она говорила о его поражении, но все же она была вынуждена рассказать о происшествии. Взяв Гермия за руку, она отошла подальше от других девушек, и они сели в тени на берегу Священного Озера. Там она рассказала Гермию всё, что произошло.

— Ты не можешь знать, что довелось ему пережить, Дерая, — объяснил он. — По некой причине — и я не могу ее постичь — он ненавидим всеми. Что бы он ни делал, он не встречает одобрения. Когда выигрывает соревнование, то его никто не поздравляет с победой, даже когда он обгоняет ребят из других бараков. И тем не менее он прилежен и умен. Они собираются против него бандами и бьют палками. Немного есть тех, кто мог бы побить его один-на-один.

— Но мой брат не стал бы принимать участия в таких вещах, — сказала Дерая. — Он благороден и силен, он никогда бы не побежал за остальными.

— Я согласен с тобой, я всегда… уважал Леонида.