Вернувшись в Лондон, она рассказала об этом Томми. И сразу почувствовала, что ей стоило быть умнее и попридержать язык — так очевидна была его ревность. Разумеется, напрямую он в ней не сознался, даже что-то пошутил, но Клодин слишком хорошо его знала, чтобы не понять, что он ревнует, удивлялась только, почему именно к Ришару — ведь ясно же, что их свидание, если вообще можно назвать случайную встречу свиданием, было совершенно безобидным!

Когда через пару месяцев после этого Ришар приехал в Лондон и позвонил — всячески умасливал ее, предлагая встретиться и хоть коктейльчик вместе выпить — Клодин, щадя нежные чувства мужа, отказалась.

Но теперь хватит! Доотказывалась!

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Из дневника Клодин Конвей: «Странное дело — но собственные мысли, высказанные другим человеком, и воспринимаются совершенно по-другому…»

Клодин думала, что Ришар встретит ее в вестибюле, но когда она в начале восьмого вошла в «Дорчестер», рядом с ней будто из-под земли вырос мужчина в форме отельного служащего.

— Мисс Клаудина?

— Да, — с легким удивлением кивнула Клодин.

— Господин Каррен ждет вас в зале Марии-Антуанетты. Сюда, пожалуйста! — мужчина приглашающе повел рукой в сторону лифта.

Поднявшись вместе с ним на два этажа, Клодин проследовала по пустынному коридору, и наконец ее сопровождающий распахнул перед ней двустворчатую дверь.

— Прошу вас!

Перед ней открылся небольшой банкетный зал, отделанный в стиле рококо — стены обтянуты голубым шелком с узором из золотистых лилий, полукруглый потолок с лепным орнаментом, над мраморным камином — большое зеркало в золоченой раме; посреди комнаты — накрытый стол на двоих, рядом — сервировочный столик, на котором среди батареи разнокалиберных бутылок возвышалось серебряное ведерко с шампанским.

И — Ришар, который при ее появлении встал с дивана.

«Хорош, собака!» — подумала Клодин, восхищаясь им чисто с эстетической точки зрения.

Больше всего к Ришару Каррену подходило слово «безупречный».

Блестящие черные волосы лежали мягкой небрежной волной, красивое и в то же время мужественное лицо покрывал безупречный загар, оттенявший синеву опушенных густыми черными ресницами глаз; элегантный вечерний костюм, стройная, но не субтильная фигура — словом, даже самый строгий критик не постеснялся бы назвать Ришара образцом мужской красоты и элегантности.

— Привет! — с улыбкой сказал «образец». Подошел; помогая Клодин снять пальто, чуть приобнял: — Цени — я не пригласил тебя к себе в номер, чтобы никто ничего лишнего не подумал, специально банкетный зал заказал!

— Ага, — кивнула она. — В который меня провели тайком, будто девицу легкого поведения!

— Ну а что ты хочешь? Ты же у нас теперь женщина замужняя, тебе, наверное, ни к чему, чтобы завтра в какой-нибудь газете появилась статейка, где нас с тобой мало того что поженят, так еще и припишут нам полдюжины внебрачных детишек?! — усмехнулся Ришар. — Я о тебе забочусь! Хватит и того, что эти чертовы папарацци мне в последнее время житья не дают.

— Ладно, ладно — ценю! — рассмеялась она.

— А кроме слов — ничего? — разочарованно протянул он.

— Ты же сам сказал — я женщина замужняя!

— Я помню… но получить от такой красавицы поцелуй все равно не откажусь!

— А ну тебя! — Клодин привстала на цыпочки, легонько коснулась губами его губ и, уклонившись от попытки продлить и «углубить» поцелуй, отступила на шаг.