Предупредить Арлетт Имон успел в последний момент, у нее хватило времени лишь запереться в спальне и придвинуть к двери тяжелый шкаф. И, пока ирландцы обыскивали квартиру и переворачивали кабинет в поисках денег, позвонить по телефону, который ей оставил вежливый и симпатичный мужчина из полиции на тот случай, если она что-нибудь вспомнит про гостей отца.

Опергруппа приехала быстро — налетчики еле успели убежать по пожарной лестнице. Арлетт же, понимая, что они от нее теперь не отстанут, наотрез отказалась оставаться одна в квартире.

В МИ-5 не считали, что ей в самом деле грозит опасность — в том числе и потому, что ворвавшиеся в квартиру люди не пытались взломать дверь ее спальни, зато перевернули все в кабинете Лебо. Тем не менее, девушку решили поместить под охрану — контрразведке было крайне важно, чтобы она как можно быстрее, ни на что не отвлекаясь и не болтая лишнего, опознала последних посетителей отца.

Первоначально ее планировали поселить в каком-нибудь тихом отеле, но Томми решил охранять ее, так сказать, «в домашней обстановке». И после того, как Арлетт попала к нему в дом, ее планы изменились: она увидела золотую львицу…

В самом деле — почему не прихватить еще один куш?! И немаленький!

По той же схеме: подсыпать своим «телохранителям» снотворное, ночью впустить Имона, чтобы открыл сейф… Конечно, в этом случае ее уж точно начнут искать… но золотая вещица так заманчиво поблескивала и так приятно тяжелила руку, что устоять было просто невозможно.

Тем более квартирная кража — неужели кто-нибудь из-за этого будет объявлять ее в международный розыск? И Имон говорил, что знаком с людьми, у которых можно достать фальшивые документы…

Вот только связаться с Имоном у нее никак не получалось. По самой простой и глупой причине: после налета ирландцев, впопыхах собираясь, Арлетт уронила и разбила свой сотовый телефон.

Позвонить прямо из квартиры Томми? Но телефоны стоят в холле, в хозяйской спальне и в библиотеке, все «запараллелены» — не дай бог кто-нибудь снимет трубку у другого аппарата и подслушает разговор! Идти же на такой риск, как стащить сотовый телефон у охранявший ее контрразведчиков, Арлетт не решалась.

Поэтому она вынуждена была, скрежеща зубами от скуки, просиживать целые дни в архивах МИ-5 и разглядывать фотографии, на которых были запечатлены люди, когда-либо привлекавшие к себе внимание контрразведки — сотни, тысячи лиц; просматривать видеоматериалы и работать с полицейским художником. Составленный по описанию Арлетт портрет человека, который в последние дни часто захаживал к ее отцу, смахивал на Джорджа Клуни, но не имел ни малейшего сходства ни с Коллинзом, ни с Имоном.

Утешало одно: продлиться это должно было не долго; когда она в воскресенье со слезами в голосе попросилась к маме, ее заверили, что через неделю отпустят. За эту неделю Арлетт необходимо было любой ценой связаться с Имоном.

И тут, нежданно-негаданно, приехала Клодин.

В какой-то степени ее приезд сыграл Арлетт на руку: в первый же день девушка залезла в ее беспечно оставленную в холле сумку и утащила сотовый телефон. И наконец-то позвонила Имону.

Она рассчитывала использовать этот телефон и дальше, но Клодин нарушила ее планы, на следующий день отключив его. Тогда Арлетт выкинула аппарат в окно и — делать нечего — стащила телефон у Перселла. Позвонила Имону и велела ему ночью вскрыть машину Томми и положить в оставленную на заднем сидении сумку сотовый телефон и две упаковки снотворного.