– Не очень здесь весело, – с гримасой сказала она.

Прижавшись к стене спиной, она чего-то ожидала. Малко открыл еще одну дверь: ванная комната.

Инкарнасьон Капуро тут же вошла и встала к нему лицом. Несколько секунд она смотрела на него с вожделением. Не двигаясь. Потом приблизилась к нему и стала тереться грудью. Губы сложились в лукавую усмешку, глаза закрылись.

Все так же молча она просунула левую руку между их телами. Через некоторое время движения руки прекратились, и она спокойно сказала:

– Пожалуй будет лучше, если вы закроете дверь на задвижку.

Шум разговора едва доносился сюда. Инкарнасьон Капуро снова прильнула к его груди с радостным стоном. Неожиданно она упала на колени прямо на белый коврик, прижавшись спиной к ванне. Ее рот заменил руку. Покорная и ловкая весталка. Неожиданно ручка двери повернулась. Кто-то пытался войти. Но она не прекратила своих движений ртом. Его внутренность была нежной и горячей. Она как бы пыталась выпить всю волю Малко. У него мгновенно промелькнула мысль: интуиция не подвела. Это не западня. Инкарнасьон Капуро просто горячая женщина.

Вдруг, в тот момент, когда он меньше всего этого ожидал, она встала каким-то гибким движением, наклонилась над раковиной умывальника, повернувшись к нему спиной и одновременно глядя ему прямо в глаза.

Ни один джентльмен, будучи в таком состоянии, не мог бы отклонить столь явное предложение. Шелковое платье представляло легко устранимое препятствие. Равно как и узкий черный нейлон, прикрывающий тело.

Когда он взял ее, она подпрыгнула, стала изгибаться и шептать непристойности по-испански.

Через несколько минут она еще сильнее схватилась за раковину, рот ее открылся. Она содрогнулась, как если бы ее присоединили к проводам высокого напряжения. Повисла на раковине, макияж стекал с ее лица, глаза закрылись. Малко осторожно покинул ее. Она встала. Вся операция не заняла и пяти минут.

– К счастью, вы оказались здесь, чтобы украсить этот скучнейший коктейль, – сказала она. Тон стал более радостным.

В дверь снова кто-то заскребся.

– Какие же они нетерпеливые! – вздохнула она.

Шум прекратился.

– Идите первым, – сказала она уже нормальным голосом. – Я вас догоню.

Малко открыл дверь и вышел в коридор. Для того, чтобы поступить так, мадам Капуро должна была обладать немалым хладнокровием. Забавно заняться любовью среди двухсот приглашенных. Но остался без ответа вопрос о связях вулканической боливийки с Хуаном Карлосом Диасом. К счастью, впереди еще был целый вечер.

– Я по вызову. Нарушена связь в люксе 1-110. Спросите, могу ли я подняться.

Дежурный удивленно посмотрел на него.

– Но у нас есть свой мастер.

– Я знаю. Но меня вызвала дежурная но этажу. Надо сменить аппарат. – Он постучал но сумке. – Я принес все необходимое...

– Хорошо, хорошо, – сказал служащий. – Подождите, сейчас позвоню.

Он набрал номер люкса. Тотчас же женский голос ответил:

– Алло!

– Мисс, пришел мастер отремонтировать телефон по вашему вызову.

– А, хорошо, пусть поднимается!

Хуан Карлос Диас пересек маленький холл. Он не торопился. У него было достаточно времени... Лифтер даже не стал на него смотреть. На одиннадцатом этаже он вышел, повернул направо и постучал в люкс номер 1-110. Дверь сразу открылась. Он увидел испуганное лицо Анхелы Рутмор. Войдя, Хуан Карлос Диас положил сумку и похлопал по заду сообщницы.

– Браво, черномазая. Это было не слишком трудно?

Пуэрториканка через силу улыбнулась.

– Нет, дежурная по этажу тоже пуэрториканка.