– Все хорошо, спасибо, – ответила она.

Выжидающим тоном.

Петер решил спросить напрямик.

– Послушай, не могла ли бы ты мне помочь в одном деле, – сказал он, понизив голос, вдруг испугавшись – может, Юар настолько чокнутый, что остался подслушивать под дверью?

Он слышал звук ее дыхания в трубке. Она была прекрасной любовницей – кровь кипела в жилах, возбуждения было не остановить. Какой черт его попутал, что он все так испортил?

Из коридора послышался смех Юара и вернул Петера в настоящее.

– Хорошо, я слушаю, – сказала Пия чуть мягче.

– Юар Салин, – произнес Петер. – Знаешь такого?

Тишина.

– Это наш новый сотрудник, – продолжал Петер, – по всей видимости, он работал раньше у вас. У меня с ним возникло несколько проблем, и я бы хотел, чтобы его кто‑нибудь проверил. Просто посмотреть, нет ли на нем чего интересного.

Он услышал, как Пия сделала вдох.

– Петер… какого черта?

– Большой работы не требуется, – поспешил заверить ее он.

Она сухо рассмеялась, он так и видел, как она качает головой, как развеваются ее светлые волосы.

– Не требуется? – повторила она злым голосом. – Как замечательно!

– Я не имел в виду, что… – начал было Петер, удивленный ее реакцией.

– Хватит уже, – прошипела она.

Он заморгал, совсем сбитый с толку, но ничего возразить ей не успел.

– Ты думаешь, я не знаю, к чему ты клонишь? – Неожиданно в ее голосе послышались чуть ли не слезы. – Хватит уже, Петер, – сказала она, – прекрати.

И добавила то, от чего время остановилось:

– Юар – первый мужчина за многие годы, с которым у меня по‑настоящему все хорошо. Мы ищем квартиру и хотим съезжаться. Он прекрасный мужчина и замечательный человек. А ты мне тут устраиваешь…

Вот оно как. Бешенство взорвалось в нем, хлынуло через край, грозило свести с ума. Значит, он неделю за неделей находился рядом с этим ублюдочным психопатом, и все время, все время  тот его опускал. Это Юар настучал в отдел кадров о рогаликах, это Юар спит с его бывшей.

– Тебе лучше отстать от меня и жить дальше, – вздохнула она, когда он замолчал. – Для твоего же блага.

Он сгорал от стыда. Сказать ей, будто он понятия не имеет, что Юар – ее новый бойфренд – так ведь не поверит ни за что!

– Забудь, что я звонил, – бросил он и нажал «отбой».

А потом сидел за столом и ждал, пока бешенство уляжется.

Мухаммед Абдулла приехал в Швецию более двадцати лет назад. Режим Саддама Хусейна сделал его дальнейшую жизнь в Ираке невозможной – так объяснил он Фредрике и Алексу, когда им удалось уговорить его впустить их в квартиру.

Жилище Мухаммеда и его супруги было довольно просторным для двух человек: дети уже поселились отдельно.

– Но они живут рядом, – добавил Мухаммед довольно.

Жена принесла кофе и печенье. Алекс осмотрелся. Занавески, тщательно подобранные по цвету к скатертям и картинам. И какой‑то непонятный сладкий запах.

Заметив, что Мухаммед немного расслабился, Алекс воспользовался представившейся возможностью.

– Мы, собственно, только хотели узнать, что именно хотел Якоб Альбин, когда он связался с вами, – доброжелательным тоном поинтересовался он.

Мухаммед побледнел.

– Я ничего не знаю, – сказала он и покачал головой, – ничего.