Она осознала сейчас, что осталась совсем одна в лесу вместе с каким-то маньяком, готовым убить ее.

Но почему? Кто караулил ее здесь с такими намерениями?

Анна попыталась дышать нормально и вдруг почувствовала, будто в желудке что-то перевернулось и ее вот-вот должно вырвать. Дальше бежать уже не было сил. Надо было во что бы то ни стало отдохнуть и обдумать ситуацию.

Анна сбавила темп и продолжала двигаться, прихрамывая, по-прежнему прижимая снег к ране. Она поняла, что уже давно заблудилась, а в лесу становилось все темнее и темнее. Только фосфоресцирующий белый снег не позволял наступить полной тьме.

Заросли кустарника смешались с тополиной порослью.

Если инстинкт не обманул Анну, то она все время двигалась в правильном направлении — вниз по склону, к дороге. Если бы Анне удалось добраться до шоссе, она могла бы остановить проезжающий автомобиль.

А может, лучше вернуться в заросли и, спрятавшись там, дождаться полной темноты, а затем вернуться в Джипсэм, карабкаясь по склону на коленях, если понадобится?

Анна заколебалась, не зная, какое принять решение.

Но вот она ясно услышала звук тяжелых шагов, движущихся прямо к ней, и поняла, что выбора у нее не осталось никакого.

Подобно кролику, Анна низко пригнулась к земле и начала ползти по направлению к тополиным зарослям, чтобы надежно скрыться там за деревьями.

Она слышала, как огромное тело верзилы тяжело продирается сквозь заросли. Когда он подобрался ближе, Анна услышала его дыхание. Она закрыла от напряжения глаза, прижалась к дереву, а ногти глубоко впились в его кору.

Анна слышала, что верзила бормотал какие-то слова под нос, но смысла их она не смогла разобрать. Движения его были неуверенными. Анна кожей ощутила его гнев, его неистовое желание найти и убить свою жертву.

Убийца находился в десяти ярдах от Анны, поэтому она плотнее прижалась к стволу тополя, касаясь его коры губами, чтобы не выдать себя тяжелым прерывистым дыханием. Теперь даже смерть могла показаться желанной, несущей покой и вечный отдых.

Вдруг убийца застыл на месте. В полном молчании его бессмысленное бормотание стало слышнее, но разобрать все равно ничего было невозможно.

Анна замерла в ужасе и напряжении… Наконец она услышала хруст снега и поняла, что верзила решил спуститься дальше вниз по склону.

Она не двигалась до тех пор, пока ей не стало ясно, что парень находится на расстоянии ярдов пятидесяти от нее. Анна медленно встала на ноги, продолжая держаться за дерево. Она чувствовала себя так, будто только что ее сняли с большого крюка в морозильнике мясника. Анна заставила себя сделать еще несколько шагов, взяв направление вправо от преследователя, туда, где предположительно проходила дорога.

Спускаясь по склону, она постоянно спотыкалась о корни, не различая их в полутьме. Молясь непрерывно Богу, Анна начала увеличивать темп.

Ноги, казалось, одеревенели от холода, руки не слушались ее, Анну начала бить дрожь. Она чувствовала себя опустошенной и изможденной до последней степени.

Ветер усилился, и Анна ощутила, как на ее лице начали таять огромные хлопья снега.

Она двигалась так быстро, как могла, стараясь не шуметь, проваливаясь иногда в глубоком снегу или спотыкаясь о невидимое в темноте препятствие.

Вдруг Анна различила впереди свет автомобильных фар, которые вспыхнули во тьме, подобно звездам, на расстоянии не более ста ярдов от того места, где она находилась.

Это была дорога.

Теперь можно было даже услышать шелест шин, и на мгновение яркий свет фар выхватил из темноты ее силуэт.

Не думая о том, что делает, Анна подняла руки вверх и закричала что есть сил:

— Помогите!!!

Это была ошибка.