— И стены эхом отзывались:

— Смерть… пламя… смерть…

Кларик предложил Элен свой пиджак, но она только отмахнулась, совершенно не волнуясь по поводу своей обнаженной плоти или, наоборот, стараясь показать ее. Каким-то образом нас вывели оттуда. Когда мы проходили через дверь, я услышал душераздирающий крик, заглушивший все, словно человека четвертовали. Я никогда не узнаю, кто кричал и почему…

-..смерть… — выходя, услышал я.

Нас уже ждали машины, которые доставили нас с отель, находившийся в центре Манхеттена. Со 125-го этажа открывался отличный вид на город. Элен и Колф беспардонно заняли двухместный номер. Остальные расположились в одноместных. Кларик снабдил каждого из нас толстой пачкой отпечатанных листов, в которых предлагались методы общения с Вонаном.

Сложив свои стопкой, я выглянул в окно. По отдаленной улице двигались безумные потоки людей. Время от времени они сталкивались, жестикулируя руками, напоминая разъяренных муравьев. По центру улицы периодически проносился клин хулиганов. Я понял, что это были апокалипсисты. Сколько это уже продолжалось? Я не соприкасался с внешним миром и не понимал, что в любой момент в любом городе человек может столкнуться в беспорядками. Я отвернулся от окна.

В комнату вошел Мортон Филдс. Он принял мое предложение что-нибудь выпить, и я нажал на кнопки пульта программированного обслуживания номера. Мы сели и стали не спеша потягивать ром. В душе я выразил надежду, что он не станет пудрить мне мозги психологическими терминами. Но он был не из того сорта людей: он говорил откровенно, язвительно и разумно.

— Правда, это похоже на сон? — спросил он.

— Вы имеете в виду этого человека из будущего?

— Я имею в виду все происходящее в мире. Вы настроены fin de siecle?

— Это было длинное столетие, Филдс. Может, мир будет просто счастлив, если оно закончится. Может, воцарившаяся вокруг нас анархия — своего рода торжества по этому поводу?

— Можете иметь свою точку зрения, — допустил он. — Вонан-19 — своего рода посланник, который явился, чтобы помочь нам.

— Вы так считаете?

— Допускаю.

— Но тогда, судя по его действиям, он не очень стремится помочь, заметил я. — Где бы он ни появлялся, обязательно происходит какая-нибудь неразбериха.

— Все это неумышленно. Просто он еще не настроился на нас, поэтому все время спотыкается о первобытные табу. Ему надо дать немного времени, чтобы получше узнать нас, и он начнет творить чудеса.

— С чего вы это взяли?

Филдс важно потрогал себя за левое ухо.

— Он обладает удивительным обаянием, непонятными чарующими силами, Гафилд. Нечеловеческими, Божественными силами. Разве вы не заметили его улыбки?

— Да-да. Но что заставляет вас предполагать, что он использует свои чары рациональным образом? Почему бы ему просто не повеселиться и не побудоражить толпу? Если он прибыл сюда не в качестве спасителя, а в качестве туриста?

— Через несколько дней мы все поймем сами.