– А правила движения он, случайно, не нарушал? – поинтересовался Стоян и ухмыльнулся, вызвав у всех, включая Бусленко, дружный смех. Небольшая разрядка перед схваткой с таким противником была только на пользу.

– Молоков – единственный представитель высшего эшелона синдиката Витренко, которого нам удалось выявить. У него есть своя структура, что является единственным слабым местом группировки, поскольку вопросам безопасности там не уделяется должное внимание. По сути, союз Витренко с Молоковым был скороспелым браком по расчету… Витренко сделал Молокову предложение, от которого тот просто не мог отказаться. Их интересы пересеклись, и Витренко, перехватив несколько поставок Молокова, сжег один из его контейнеровозов.

– И что там был за груз? – спросила Ольга Сарапенко.

– Живой товар.

– Вот черт! – воскликнул Белоцерковский. – Так это был Витренко? Та трагедия на польской границе?

– Я думала, что это несчастный случай, – заметила Ольга.

– Именно такую версию и озвучили средствам массовой информации, – ответил Бусленко. – Случись это через несколько километров от КПП, расследованием занялась бы польская полиция, и тогда бы все выплыло наружу. Дело замяли специально, чтобы дать нам время выследить Витренко.

– И Молоков сделал правильные выводы? – спросил Белоцерковский.

– Хоть и против своей воли, но он был вынужден уступить Витренко роль вожака, однако остался во главе бизнеса по нелегальной переправке людей за границу. Правда, теперь у него нет никаких соперников. Он работает на Витренко, а каждого появляющегося конкурента тот просто устраняет.

– Тогда почему эта операция не санкционирована? – спросил Стоян. – Украинские преступники, украинская полиция и органы безопасности, украинские жертвы.

– Она не санкционирована по двум причинам. Во первых, наша задача не захватить Витренко, а ликвидировать. Мы не должны привозить его для суда. А вторая причина в том, что, как я уже говорил, нам предстоит действовать за пределами Украины.

– А конкретнее? – спросила Ольга.

– Конкретнее – в Федеративной Республике Германии.

Это сообщение вызвало бурную реакцию.

– Германии? – переспросил Белоцерковский. – Я никогда не был в Германии. А вот дед был. В сорок четвертом… с Красной армией. Не исключаю, что у меня там есть сводные братья и сестры.

Новый взрыв смеха разрядил обстановку.

Бусленко рассказал, что удалось узнать о Витренко и деятельности его организации. Он сообщил, что, по имеющимся сведениям, она базируется в Кёльне, но продолжает контролировать преступный мир Гамбурга. Размах деятельности был поистине впечатляющим: от угона машин статусных марок и вымогательства до электронного мошенничества. Завершая брифинг, Бусленко продемонстрировал две карты Кёльна: на одной были отмечены места, где им надлежало базироваться, а на другой – заведения, контролируемые синдикатом Витренко. Потом он раздал папки с материалами, конкретизирующими цели и обязанности каждого члена группы.

– Кстати, Витренко не задумываясь убьет вас, чтобы заполучить известную вам теперь информацию. Ему чрезвычайно важно знать, какими сведениями мы располагаем вследствие утечки информации со стороны людей Молокова и из других источников.