— Я и есть Леон, Ва’йан, точнее, был им когда-то. А сейчас Антон Марет. Житель нового мира. Привет, старый друг.

— Но… это же невозможно! — Фамильяр скакнул ко мне, не обращая внимания на свой небольшой рост, за секунду оказавшись рядом. — Я не чувствую в тебе силы, твой источник едва развит, а сил не хватит, чтобы сдать экзамен «восходящего».

Пришлось потратить некоторое время на то, чтобы в подробностях рассказать старому товарищу всё, что произошло со мной с момента нашего расставания ещё в старом мире, когда я отпустил его обратно в магический мир перед атакой аватаров богов-близнецов. Ва’йан выслушал меня не перерывая.

— Мир-предвечный, Леон, я ещё тогда говорил, что твоё решение — это самоубийство. Но ты меня не слушал. А я ведь был прав. Чего ты добился в конце концов?

— Как минимум того, что Виму наконец почувствовала на себе то, что чувствуют те, кого она обрекает на смерть, — не удержавшись зло ответил я, в груди вновь шевельнулась и зарокотала ярость, которую пришлось усилием воли гасить и успокаиваться.

Кот фыркнул, явно демонстрируя своё пренебрежение к моим словам.

— Леон, я тебя умаляю, эти твари живут тысячи лет. Для них это просто оскорбительный эпизод в их бесконечном существовании. И если они вдруг обнаружат тебя, ничего хорошего точно не жди. Кроме раздражения богов-близнецов, ты больше ничего не добился. Твой мир уже уничтожен. Сожран, если быть точнее.

— Что? — Я замер, пытаясь осознать сказанное другом.

Нет, конечно, я догадывался о будущем, которое уготовано любому миру, да чего там — был уверен, что так произойдёт. Но одно дело просто размышлять и где-то глубоко внутри надеяться на лучшее, и совсем другое узнать, что катастрофа всё-таки случилась. Моего мира больше нет, пожран чумой под названием боги-близнецы.

Ладони сами по себе сжались в кулаки. Перед глазами вновь полыхнуло пламя. Злость разгорелась в груди ещё сильнее, захотелось сорваться с места и ворваться в ближайшую обитель богов-близнецов… Чтобы что? Мой мир это уже не вернёт. Столько смертей, столько горя… Я глубоко вдохнул прохладный ночной воздух парка, поднимая взгляд к чернеющему небу. Будьте вы прокляты чудовища, что лишь по недоразумению называют себя богами-близнецами.

— Как давно это произошло?

— Понятия не имею. Ты же знаешь, что в магическом мире понятие времени отсутствует. Могу предположить, что очень давно, потому как, помимо твоего, эти уроды сожрали ещё как минимум два мира. И стали намного сильнее. Даже успели повоевать немного с каким-то периферийным божком. Нет, не спрашивай, я лишь слышал кое-какие сплетни среди духов, не более.

Я уже было хотел расспросить подробнее про эту войну и с сожалением покачал головой. Если даже выходец из магического мира говорит, что прошла уйма времени, значит, так оно действительно и было.

— Но всё-таки как удивительно, — между тем подал голос Ва’йан, ловко обходя меня и осматривая со всех сторон. — Я никогда не слышал о том, чтобы человеческие души были способны к перерождению и уж тем более к воплощению в чужом теле. Обычно происходит полное отторжение. Даже хвалёное божественное вмешательство сильнейших богоподобных тварей не способно провернуть подобное.

— Стечение удачных обстоятельств? — предположил я. — И не смотри так на меня, дырку протрёшь.

— Протрёшь на тебе, как же, — проворчал кот и уселся на землю, осмотрел уже себя. — Леон, что это за вид такой? Почему я такой толстый? Что ты мне за тело создал?

— Разве? — Я придирчиво осмотрел созданный конструкт. — Да, получилось немного не то, что хотел на фотографии.

— Это тело страдает ожирением! Я толстый! — прошипел мне Ва’йан. — Нельзя было создать что-то более гибкое⁈

— Хм-м.