— Ясно.

Зверев спешился и подошел к Федору.

— Какие будут указания, господин подпоручик?

— Разбейте казаков на пятерки. У меня здесь десять пулеметов и столько же солдат. Каждый станет наставником по устройству. Господам офицерам показывать буду я.

— А стрелять, когда будем, ваше благородие? — не удержался кто-то из казаков.

— Помолчи, Борщов! — окрысился Зверев. — Офицеры разговаривают. Есть желание узнать, разрешения спроси. Третий год служишь, а будто только плетень в станице во-первой перелез.

Казаки захохотали. Борщов смутился и опустил взор.

— Хоть вопрос не по уставу, но отвечу, — улыбнулся Федор. — Стрельба только после овладения оружием. Это как с винтовкой: пока последнюю пружинку не изучишь, патронов не дадут. Все от вас зависит. Чем быстрее освоите, тем скорее будут стрельбы. В утешение могу сказать, что пулемет в устройстве прост, не хитрей винтовки. Учитесь надлежащим образом, и к себе поедете с оружием…

Вечером того же дня казачьи офицеры пригласили Федора в ресторан. Посидели, выпили, поговорили и расстались, если не друзьями, то вполне приятелями. Федор рассказал свою историю — в адаптированном варианте, разумеется. Впечатлились. Приютский сирота, который сумел стать конструктором оружия и выбиться в офицеры… Ладно на войне, но редкий случай в мирное время! История дошла до казаков, и Федор ощутил возросшее уважение с их стороны. Зубоскалить по поводу неуклюжего обращения с шашкой подпоручиком перестали. Ладно, путается у него в ногах, зато вон какой пулемет придумал и владеет им на зависть.

Потянулись будни. Казаки осваивали пулемет и делали успехи. Через неделю Федор с офицерами провели экзамен по его устройству и остались довольны результатами. Каждый из казаков получил в арсенале пулемет с принадлежностями, очистил его от заводской смазки и пристрелял за городом. На финальный экзамен прибыл командир корпуса со штабными офицерами. Посмотрел, как подвижная группа пулеметчиков рысью выдвигается на рубеж, спешивается, открывает огонь… Изучил пробоины в мишенях и скомандовал построение.

— Молодцы, станичники! — обратился к казакам. — Быстро освоили оружие, научились применять. Благодарю за службу!

— Рады стараться, ваше превосходительство! — рявкнули в ответ молодые глотки.

— Особая благодарность вам, господа офицеры! — обратился Брусилов к командирам казаков. — Замечательно потрудились. Мною принято решение о создании летучих пулеметных команд в полках дивизии. Тактику их применения разработает штаб, получите указания. А пока назначаю вас командирами команд. Буду хлопотать о внеочередном повышении в чинах.

— Благодарим, ваше превосходительство! — дружно ответили офицеры, а затем переглянулись и вперед выступил Зверев. — Довожу до вашего сведения, что заслуга в скором изучении и умении применять нами пулеметы принадлежит подпоручику Кошкину. Он сумел организовать дело должным образом, был настойчив и терпелив. Заслуживает награды.

— Хлопотать о повышении Кошкина в чине не смогу, — улыбнулся генерал. — Он и этот получил только что. Но руководству Тульского завода непременно отпишу. Почему? В моем подчинении Кошкин временно. Он вернется на завод, где, надеюсь, продолжит изобретать нужное для Отчизны оружие. Подойдите, господин подпоручик!

Придерживая рукой шашку, Федор выполнил приказ.

— Примите мою благодарность! — Брусилов протянул руку. Федор ее с удовольствием пожал. Генерал указал ему место рядом с собой. — А теперь, подъесаул, — обратился к Звереву, — командуйте прохождение.

— Слушаюсь! — откозырял офицер.