– Хм... нет, просто заезжали ненадолго, – ответил Шиб. – Мадам Андрие не очень хорошо себя чувствует. Что ж, не будем вас больше беспокоить. Передайте жене, что я сейчас занимаюсь Скотти. Он будет готов послезавтра.

– Бедняга Скотти! – пробормотал Лабаррьер, набрасывая махровый халат. – Коста сказал мне, что то же самое случилось и с таксой Долионов – их дом с другой стороны холма. Закон серии...

– Коста? Садовник Андрие? – с безразличным видом спросил Шиб.

– Да. Но он работает и у нас, наш старик Луиджи не справляется один. А иногда делает кое‑какую работу и для Долионов. В общем, старается вовсю. Зарабатывает достаточно, чтобы через несколько лет уйти на покой и обосноваться в Португалии. Он оттуда родом.

– А, вот оно что... Однако нам пора. Удачного дня.

– Спасибо. Мне нужно позвонить Жан‑Югу. А жене я обязательно передам ваши слова о Скотти. До свидания, мадемуазель.

Он улыбнулся Гаэль, засунув руки в карманы и выпятив грудь.

Минут через пять Шиб и Гаэль отошли на достаточное расстояние, чтобы он не мог их услышать.

– Значит, он был один, без жены, – пробормотала Гаэль.

– В одних трусах, в бассейне, – добавил Шиб.

– А Винни‑Пушка, очевидно, скрасила ему одиночество.

– Ты думаешь о том же, что и я.

– Ну что ж, тут по крайней мере все понятно.

Глава 11

Они вернулись в усадьбу Андрие и, выйдя на усыпанную гравием площадку перед домом, столкнулись с Айшей, которая несла большую плетеную корзину.

– Грег выиграл кубок! – радостно сказала она. Потом вполголоса добавила:– Он мне рассказал, что произошло. Вы нашли ее?

– Нет, – ответил Шиб. – А Андрие тебе что‑нибудь говорил?

– Ничего. Официальная версия – Бланш немного прихворнула. Я изо всех сил старалась помешать Бабуле устроиться на дежурство у ее постели с шитьем, но безуспешно. Еще я слышала, как они спорят с Жан‑Югом. Бабуля его отругала за то, что он вас вызвал, и собиралась звонить какому‑то большому полицейскому чину, другу покойного мужа. Андрие закричал, чтобы она не вздумала этого делать и чтобы ехала домой. В общем, черт знает что.

– А дети? – спросил Шиб.

– Смотрят телевизор. А я собиралась в прачечную, – объяснила она, показывая на корзину с бельем. – Надо хоть как‑то отвлечься.

Шиб и Гаэль вошли в дом. В гостиной никого не было. Они отправились дальше. За одной из дверей слышались громкие детские голоса. Очевидно, телевизор был там. Они вошли в другую комнату и остановились на пороге. Это была еще одна гостиная, с большим камином, широкими кожаными диванами, бильярдным столом и книжными шкафами до самого потолка. На стенах висели старинные картины. Такую обстановку Щиб сотни раз видел в кино – не хватало лишь невозмутимого дворецкого с британским акцентом. У окна стоял шахматный столик с расставленными на нем фигурами. Андрие сидел на стуле возле него и не отрываясь смотрел на доску, положив руки на колени.

– Простите... – кашлянув, произнесла Гаэль. Андрие медленно поднял голову, как человек, пробуждающийся ото сна, потом так же медленно поднялся.

– Полагаю, вы ничего не нашли, – ровным тоном произнес он. – Поль Лабаррьер недавно мне звонил, чтобы узнать о самочувствии Бланш. Он сказал, что вы к нему заходили.

– Мы спускались к реке, но безрезультатно, – ответила Гаэль.

– Мы наткнулись на Виннифред, – добавил Шиб.

– На Винни? – удивленно переспросил Андрие, приподняв одну бровь.