И только мутный, почти лишенный даже призрака сознания, взгляд золотых глаз, а еще сбивчивое, хриплое, прерывистое дыхание чахоточного намекали на еще теплящуюся искру жизни внутри престарелой Старшей Матери Матабар. Чудом уцелевшей и, явно, последней.

Она посмотрела на Арди так, как обычно умирающие смотрят в пустоты. Слепым, слабовидящим взглядом, который наблюдал вовсе не реальность, а смесь собственных воспоминаний и снов, а может и воспоминаний обо снах.

— Мое время пришло? - спросила она почти трескающимися губами.

Из её покрытого гнойниками рта вырвали не только клыки, но и почти все зубы. А из пальцев — когти.

Арди вздрогнул, услышав язык Матабар. Чистый и певучий. Совсем как у его прадедушки.

— Ты пришел забрать меня на тропы Спящих Духов, маленький посланник?

Она подалась вперед, чтобы обнять его, но без сил свалилась прямо там, где и сидела. Арди едва успел её подхватить.

— Нет… ты пахнешь, как человек, — она зашлась в сухом кашле и, подняв трясущуюся ладонь, провела по его щеке. Она явно бредила. Говорила быстро и прерывисто, словно стараясь обогнать заканчивающийся для неё сон Спящих Духов. — А еще, как горный кот, прячущийся среди штормов. И как мудрая белка, говорящая языком памяти. Как медведь, оборачивающийся звездным покрывалом. Как горный козел, плывущий среди цветочных лугов. Как рысь, бегущая в тенях. Как орел, парящий среди незримых путей. И как волчица, согревающая дыханием наши колыбели. Ты пахнешь, как человек и как наши Духи Хранители. Пахнешь, как еще недорассказанная легенда…

— Ты и я, Старшая Мать, — произнес Арди едва-едва слышно.

Но она услышала. Будто ждала этого момента так долго, что он стал единственной причиной, по которой она все еще жила. Чтобы услышать слова на родном языке.

— Как тебя зовут, дитя двух кровей?

— Крепкие Корни, — ответил Ардан.

Она прикрыла глаза и слегка улыбнулась, отчего разгладились её морщины.

— Хорошее имя, — она продолжала гладить его по щеке, так легко, что Арди почти не чувствовал её касаний. — Оно пахнет дубом и песней.

— Не говори, Старшая Мать, — произнес Арди. — Потерпи немного. Я отнесу тебя туда, где станет легче. Там помогут. Ты и я, Старшая Мать. Мы…

— Уже нет нас, Крепкие Корни, — перебирал старушка. — Больше нет. Истории моей шкуры станут последними историями наших стай. А твое имя — последним именем. Я ждала тебя. И ты пришел. Таков сон Спящих Духов.

— Не говори так, Старшая Мать. Есть место там, где заканчивается шаг Духа Дня, — Арди поглаживал её волосы, отливающие лунным серебром. — Там есть логово. Там моя мать и мой брат. Моя стая. Я отвезу тебя туда, и ты сможешь рассказать нам свои истории, и мы отнесем их на Гору Памяти, как и завещали предки.

— Нет, Крепкие Корни, — её беззубая улыбка стала только шире, а в глазах появился покой . — Мое время во сне Спящих Духов уже почти закончилось. Я это знаю. И ты тоже это знаешь. Я лишь рада, что дождалась.

Арди, понимая, что соплеменница его отца бредит, начал подниматься на ноги.

— Не надо, - застонала она, а Арди почувствовал, как от его неловкого движения сломалось несколько её костей. Спящие Духи! Да что же с ней сделали? — Запомни мое имя, Крепкие Корни. Вплети и его тоже в свою Великую Песнь, чтобы нас помнили. Помнили наши легенды и истории, которые станут мифами, а мифы — старыми обычаями, которые обернутся в смешные наряды.

Арди прикрыл глаза и снова опустил ладонь ей на волосы.

— Я запомню, Старшая Мать.

— Меня зовут Вернувшаяся Ласточка, — произнесла Авирада.