|
Стрельба на дистанции, езда верхом, умение рукопашного боя и владение навыками фехтования. И сданные нормативы требовалось подтверждать каждые три года.
Но если просителем выступал маг, то все, что ему требовалось предъявить — наличие двух и более звезд с двумя и более лучами в каждой из них.
Ну а еще, как и остальным соискателем, оплатить членский взнос в размере двадцати двух с половиной эксов.
Откуда такая высокая стоимость? Скорее всего для того, чтобы отсечь большую часть желающих, которые искали легкой наживы, но зачастую находили тяжелую смерть или становились калеками.
— Да, я понимаю, но не думаю, что запись в архиве мне сильно поможет.
— Тогда, увы, не вижу, господин Эгобар, как могу вам помочь.
Ардан, действуя так, как пару раз подсмотрел у Милара, достал две монеты по двадцать пять ксо и положил на прилавок.
— Вы мне сильно помогли бы, госпожа Эни, если бы подсказали, где собираются для экспедиции господа охотники.
Эни посмотрела в разные стороны, будто опасаясь, что в пустом здании их может кто-то подслушать или, не приведи Спящие Духи, увидеть, а затем незаметно смахнула монетки в карман жакета.
— Группа отправляется в сторону Ларанда завтра утром на рассвете с южного выезда из города.
— Это замечательно! — воскликнул Ардан и выложил еще две монетки. — А где, в таком случае, я могу встретиться с их лидером?
И снова железные кругляшки исчезли в кармашке девушки чуть ли не быстрее, чем Арди успел моргнуть.
— Сейчас не знаю, а как стемнеет, то в таверне «Ошклет», — без особого пиетета и даже с какой-то пренебрежительности к объекту разговора, ответила Лесия. — Скорее всего пьют за счет своих глупых баек и доверчивых приезжих, готовы оплачивать его ужин.
— Благодарю, — Ардан надел шляпу и забрал саквояж. — Хорошего дня, госпожа.
— И вам, господин, — пожелала девушка и вернулась к саквояжу.
Ардан же, выйдя на улицу, сделал несколько шагов вперед. В отличии от столицы здесь не имелось четкого разделения на тротуар и проезжую часть. Просто — улица. И когда по этой улице двигалось меньше транспорта, чем людей, она становилась пешеходной, а иногда — автомобильно-конной.
Так что, не дожидаясь, пока рядом с ним кто-то остановиться, Ардан приложил два пальца к языку и лихо, как учили ковбои на ферме Полского, свистнул. Не пришло и двадцати секунд, как рядом с ним, натягивая на себя вожжи, остановился извозчик.
Гнедая кобыла, вздымая клубы дорожной пыли, ударила копытом землю, а сам господин на козлах, только коротко и по-деловому, без лишних расшаркиваний, спросил:
— Куда?
— В «Ошклет».
— Хорошо, господин, — извозчик перегнулся и открыл дверцу кэба, чья коженая крыша была сложена и застегнута ремешками. — С вас двадцать девять ксо, но если спросите меня, то я знаю место куда как лучше, чем «Ошклет».
— Спасибо, большое, но мне нужно именно туда.
— Как скажете.
* * *
— Вам еще одну кружку какао и вяленую оленину? — спросила подошедшая к Арду официантка.
Тот только кивнул и перелистнул страницу исследования. На сей раз он читал о процессах химеризации обычных животных. Вполне себе академический, для Большого, курс. В нем рассматривались принципы, по которым можно было соединять организмы, опираясь на инкрустацию в них Эрталайн-кристаллов и сложного, алхимического процесса, поддерживаемого печатью.
Иными словами, получалось что-то вроде биологического генератора, за счет которого «монстр» и мог функционировать. Разумеется, все это весьма поверхностное объяснение принципов работы химеризации. Объяснить так кратко и легко тех же созданий Братства Тазидахиана, обладавшего лучшими алхимиками и химерологами в мире, не получится. |