|
— Расскажите еще о ваших приключениях в Мертвых Землях, — с придыханием чуть ли не взмолилась молодая девушка в наряде, который больше подошел бы Бальеро.
Её более возрастной кавалер о чем-то болтал с барменом, и оба — что господин Балицкий, что безымянная девушка, пользовались моментом. И не сказать, что они были наедине — вокруг охотника столпилось немало народу, но эти двое старались не замечать никого, кроме друг друга.
— Однажды, мы с коллегами, — понизив голос до горячего шепота и чуть прищурив глаза, подаваясь вперед так, чтобы задеть взглядом не очень глубокий, но выразительный вырез на груди девушки, продолжил Балицкий. — спускались вниз норы. Постепенно, медленно, чтобы затем сделать мощный рывок вперед. Там было жарко. И тесно. Но мы, раз за разом, двигались вперед, порой отступая ненадолго назад. Наши сердца бились все быстрее и быстрее. Дыхание становилось таким горячим, что его можно было почувствовать на собственной коже. Перед глазами все плыло. Но мы двигались. Порой вперед. Порой назад, но затем, обязательно, снова вперед.
Ардан едва было не подавился какао и почувствовал, как густо краснеет. Но, видимо, сказывалась его трезвость. Потому как остальные, как завороженные, слушали данный двусмысленный бред с такими глазами, будто им рассказывали самую интересную байку в их жизни.
И только девушка, с которой Балицкий не сводил взгляда, прекрасно понимала, о чем тот говорил. Арди, даже через весь зал, услышал, как быстрее забилось её восторженное сердце, и как сквозь аромат духов начал пробиваться совсем другой запах.
Что же, отличная возможность…
Повернувшись к её спутнику, Ардан сосредоточился на затылке оного и чуть ослабил свой Взгляд Ведьмы. Он не собирался вторгаться в чужое сознание (да и не мог, пока ему не посмотрят в глаза), но его воли оказалось достаточно, чтобы мужчина, явно не последней социальной ступени, обернулся.
Он увидел, как его спутница уже едва было не коснулась ладони охотника, так заманчиво лежавшей перед ней на столе, и тут же оторвался от беседы с барменом.
Протиснувшись сквозь толпу в зале, он положил рукоять своей трости между охотником и спутницей.
— Спасибо за беседу, любезный, — строгим тоном, заставляя девушку потупить смущенный взгляд, произнес мужчина. — Пожалуй мне и моей жене уже пора. Завтрашний путь неблизкий и нам надо провести время наедине.
— Прошу прощения, — вежливо попрощалась девушка и, встав, пошла следом за мужем, на прощание, украдкой, одарив Балицкого столь же двусмысленным взглядом, как и его история.
Сам же охотник смотрел на госпожу теми глазами, которые можно заметить у рыбака, когда его добыча ускользнула с крючка в самый последний момент.
Ардан же, забирая саквояж и посох, уселся аккурат на освободившееся место.
— Не могу сказать, господин маг, что в данном контексте сильно рад вашему заинтересованному в моей персоне взгляду, — то ли алкоголь так повлиял на весьма косноязычного охотника, то ли это его заготовленная фраза на подобные случаи, но прозвучало весьма галантно. — Так что, пожалуйста, выкладывайте свое дерьмо… Ради Вечных Ангелов! Я иносказательно!
Сидевшие и стоящие рядом засмеялись и Арди понял, что, все же, фраза заготовленная. Тем более что кто-то, кому шутка совсем уж понравилась, заказал для Балицкого очередную порцию пенного и закусок.
— Я слышал, что ваша экспедиция направляется в сторону Ларанда.
— Может и так, — сделал пару глотков, Балицкий шумно отрыгнул и постучал по груди. — Тебе-то какое дело? Или решил, что раз первый курс Большого закончил, то теперь можно и монету поднять?
Ардан на мгновение растерялся, но затем понял, что, скорее всего, Балицкий, будучи ровесником Милара, уже давно «в деле». И, действительно, не раз встречал тех, кто во время летнего академического перерыва приезжали на Танцующий Полуостров в поисках заработка и практики. |