И тут же, мутанта, вторым взмахом отправила тесак на голову Арда. Разом восемь из двенадцати дисков лопнули, но, все же, сместили удар в сторону. Они даже не смогли его заблокировать. Пол рядом с Ардом взорвался пылью и щепками, а сам юноша сиганул назад, чтобы не свалиться в провал разбитого перекрытия.

В момент падения он ударил навершием посоха о пол и Ледяная Пуля, рассекая серое облако, ушла куда-то в потолок. Ардан еще не так много тренировался с этим заклинанием и не смог в далеко не обычной ситуации правильно изменить параметры заклинания.

Мутант, сверкнув голубыми глазами, словно паучиха или саранча, оттолкнулась от пола свившимися столпами своих живых волос и вылетела в открытое окно.

Ардан, вскакивая на ноги, подбежал к Огланову и уже замахнулся посохом, как тот заорал:

— Давай за ней, дурень! Меня подкрепление залатает!

Арди все равно не смог заставить себя не потратить лишнюю секунду. Он бегло оценил рану и только после того, как убедился, что Огланову ничего, особо, не угрожало в ближайшие полчаса, кивнул и бросился к окну.

Уже запрыгивая на подоконник, юноша мысленно выдохнул:

— И что за беда у меня такая с окнами, — а затем сиганул с четвертого этажа прямиком в распахнутые объятья молодых сумерек осеннего вечера.

Глава 60

Уже приземляясь на землю, легко пружиня на ногах, по щиколотку погрузившихся в податливую почву, Ардан сузил глаза. Он услышал собственное участившееся дыхание и увидел, как в свете фонарных ламп облака пара вырываются изо рта. Чувствовал, как плоть десен раздвигают удлиняющиеся клыки и как ботинки изнутри скрежещут растущие когти. Те же самые, что в данный момент скреблись о древко посоха.

Горный охотник рвался наружу. Он бился о стенки грудной клетки клокочущим сердцем и сверкал вытянувшимся зрачком, расчертившим яркие глаза. И не важно, что вниз по улице, в сторону проспекта, мчался монстр. Волосы, крепче стали и гибче шелка, вытягивались многометровыми лапами спрута. Они несли странную добычу, дышащую черным дымом и роняющую следом черные капли крови, прочь от логова…

Ардан помотал головой.

Нет, не логова. Позади него остался холодный камень вовсе не скал далекой Алькады, а каменная кладка пышного дворца. Впереди, пронзая волосами брусчатку и асфальт, корежа металл фонарей и разбивая ограды, мчалась вовсе не добыча, а Тазидахский мутант. А ревущий внутри разума Арда охотник, вовсе не некая сумеречная сущность, а его инстинкты матабар. И если он им вновь поддастся, то далеко не факт, что вернется обратно. Вернется обратно Арданом Эгобаром.

— Хватит, — усилием воли Ард заставил клыки и когти втянуться обратно, а сердце успокоить свой бешенный бег.

Может быть, однажды, придет час, когда ему придется вновь выпустить на волю горного охотника, но точно не сегодня.

Ардан, выпрямляясь, ударил посохом о землю. Под его ногами сформировалась печать и, в то же мгновение, капли вечерней влаги оторвались от поверхности стекол и травы. Они закружились лихим хороводом, все ускоряясь и ускоряясь, пока не приобрели очертания артиллерийского ядра. Заходясь мелкой рябью, уже следующим мгновением, вместе со звучным хлопком, растрепавшим волосы и одежду Арда, Скоростное Артиллерийское Ядро понеслось в сторону удаляющейся цели.

Ардан не тратил время на то, чтобы посмотреть, достигло ли его заклинание цели. Он не питал иллюзий, что сможет догнать мутанта на своих двоих — физические возможности полукровки Матабар и Тазидахского Военного Мутанта слишком несопоставимы, чтобы надеяться на собственные мускулы и связки.

Так что, пока заклинание, вспарывая под собой асфальт, неслось следом за уже почти вылетевшей на проспект монстром, Ардан бежал в сторону автомобиля Огланова.