|
Укрепление наших границ не было моим решением, – сказала Кэтрин и улыбнулась тому, как на лице сэра Джайлса отразилось разочарование и в то же время облегчение. – Я делаю все по указанию лорда Соука и должна сказать, что мое мнение и мнение мужа по этому вопросу всегда совпадали.
– И по всем вопросам, Кэтрин?
– По всем, – осторожно ответила она, хорошо понимая, о чем беспокоится сэр Джайлс. – Мне ясно, что лорд Соук не желает вовлекать своих вассалов в эту войну. По его мнению, это может понадобиться в самом конце.
– По его мнению, – повторил сэр Джайлс с легким нажимом, – а по вашему?
Кэтрин не хотела отвечать на этот вопрос.
– После стольких лет долг все еще связывает вас, сэр Джайлс?
– Долг по отношению к вам, – последовал краткий уклончивый ответ. – Пока вы живы, леди, мы поклялись служить вам. Помни, Кэтрин, я не сказал ни слова против твоего мужа. Он хороший человек, человек чести. Я бы с радостью последовал за ним везде, хотя мой разум говорит, что эта война бессмысленна. Надеюсь, что буду следовать за его сыном с той же преданностью. Или, точнее, мои сыновья будут ему преданы.
Сэр Джайлс замолчал, увидев, что глаза Кэтрин наполнились слезами. Он знал, она опечалена тем, что не может зачать, ведь ее муж всегда находится далеко от дома. Возможно, это не дело ума сэра Джайлса, хотя она дорога ему и у нее нет ни матери, ни отца, ни брата.
– Кэтрин, – нежно сказал сэр Джайлс, – если тебе нужна защита, любой из твоих вассалов отдаст за тебя жизнь.
– Вы так добры, – она уже не плакала. – Действительно, это вина Рэннальфа, и мне очень горько. Я полетела бы к нему, если бы могла. Если бы их всех – и короля, и герцога – забрала чума!
Сэр Джайлс в ответ засмеялся.
– Кэтрин, может, пускай хоть один останется. Кто то ведь должен быть королем, людям нужно за кем то идти… Надеюсь, ты не пожалела о решении, которое приняла в Лондоне несколько лет назад?
– Конечно, нет. Я очень благодарна Стефану, что он выбрал мне такого мужа. Но оставим это. Мне нужно кое что сказать вам. Если что нибудь случится со мной, верно служите графу, а если он погибнет, то его наследникам. – Кэтрин засмеялась. – Я, конечно, не собираюсь прямо сейчас исчезать, я молода и полна сил, но… мы все в руках Господа. Мне бы не хотелось думать, что мои вассалы будут бороться между собой за превосходство. Я с них просто возьму клятву верности, вот и все.
– Ты очень преданная жена, – нахмурившись, заметил сэр Джайлс. – Но, если твои слова дойдут до него, он сможет обращаться с тобой как пожелает. У твоего мужа есть два сына, и, насколько мне известно, он не собирался жениться еще раз. Я знаю, что он хороший человек, но нельзя так искушать никого. Нельзя позволять себе быть такой незащищенной, Кэтрин.
Уверенный смех – вот и весь ответ. Кэтрин не страшила ее незащищенность. Сэру Джайлсу хотелось лучше узнать Рэннальфа и его старшего сына. Кэтрин слишком любит своего мужа, но сыновья часто не похожи на своих отцов. Если бы разговор шел о маленьком мальчике, сэру Джайлсу было бы легче. Кэтрин везде брала с собой Ричарда, вассалы хорошо знали его, и он обожал свою мачеху. Ричард никогда не будет опасен для Кэтрин, но он не был наследником Соука. Сэр Джайлс хотел объяснить ей это, но она прервала его.
– Еще один вопрос, – серьезно сказала Кэтрин. – Вы согласитесь породниться с моим мужем?
Сэр Джайлс совершенно растерялся. Что Кэтрин собиралась делать, было выше его понимания. Он был уверен, что, несмотря на ее влияние на мужа, она никогда не убедит его женить своих сыновей на дочерях простых баронов.
– Что ты имеешь в виду, Кэтрин? – резко спросил он. – Мои желания не имеют значения. Соук может метить как угодно высоко, выбирая невест для своих сыновей. |