– Пришлось поторопиться, – ответил Хелот. – Чтобы Локсли не успел тебя спасти.

    – Я протестую, – сказал осмелевший подросток, поскольку на первое его выступление не последовало зуботычины. – Вы отнимаете у меня несколько часов жизни.

    – Сэр, – изысканно обратился Хелот к Греттиру, – если бы вы, сэр, могли бы оказать мне неоценимую услугу и оттащили покойника в камеру…

    Греттир вздохнул и принял участие в злодеянии. Хелот ногой отодвинул гору железных цепей к стене. Сын вдовы, окончательно утратив нравственные ориентиры, изготовился к побегу, но в последнюю секунду Хелот стиснул его плечо:

    – Бежать задумал, а, Робин?

    Робин посмотрел на него исподлобья.

    Хелот набросил на недавнего узника свой плащ, и все трое неторопливо прошли мимо казармы. Один из стражников бросил им вслед ленивый взгляд.

    – Вроде, их двое было, – заметил один.

    – Не, трое, – отозвался другой. – Тот, с крестами тамплиера, – раз. Важный господин – два. И высокородный сэр Греттир из Дании – три…

    Между тем злоумышленники оказались на пустынной улице. Там Хелот остановился и, крепко держа мальчишку за плечи, развернул его к себе:

    – Скажи-ка мне, тебя много били?

    – Так, пару раз по шее, – небрежно отозвался подросток.

    – Это хорошо, – заметил Хелот. – Я бы добавил, да времени нет. Руки-ноги не болят?

    – Не болят.

    – А почему ты хромаешь? Тебе что, кости переломали?

    Рыжий мотнул головой:

    – Я от рождения хромой. Когда меня мать рожала, бабка пьяная была и вывихнула мне ногу – так мать говорит. А бегаю-то я быстро, – добавил он, стрельнув глазами в сторону темного переулка.

    – Хромота – это уже ненадолго, – успокоил его Хелот. – Утром тебя повесят, так что это не будет иметь никакого значения.

    Греттир кивнул Хелоту:

    – Идемте, вы проведете ночь у меня.

    – А если нас у тебя схватят?

    Греттир небрежно махнул рукой:

    – Если бы не я, вам вообще не пришлось бы этим заниматься. Я обязан вам помогать, сэр.

    Они двинулись вперед. Хелот шел следом за своим пленником, подталкивая его в спину.

    – Куда мы идем? – поинтересовался обнаглевший Робин и тут же получил удар между лопаток.

    – Тише, ты, – сказал Хелот.

    Дом Греттира стоял возле маленькой церковки во имя святой Касильды-В-Розах. Сия Касильда, будучи женою сарацинского конуга, имела обыкновение носить в подоле хлеб для христианских узников, чью веру она втайне приняла. Что вызывало естественное неодобрение со стороны сарацинского конуга. И вот однажды подстерег он ее возле узилища, решив положить конец этой благотворительности. Тем временем узники уже почуяли запах съестного.

    – Касильда пришла, – пронеслось из камеры в камеру, – сейчас пожрать даст.

    Но тут, как гром среди ясного неба, прозвучал голос супруга добродетельной дамы:

    – А, это вы, мадам?

    – Я, господин мой, – трепетно отвечала Касильда.