Брактион взвесил вопрос, словно он его удивил.

— Полион сделает, как ему будет велено, — изрек он потом.

Гвин хотела было возразить, но затем решила не вмешиваться. Старинный зарданский обычай — свадьбы детей устраивают родители.

— Гвин как раз спросила, — жестко сказал Булрион, — почему мы не очистили до сих пор старый колодец. Она подумала, что с тех пор, как строили старый замок, вода могла уйти, а крепость без воды никакой осады не выдержит. Она думает, что сперва надо бы о воде позаботиться, а потом уж строить стены, не то узнаем, что воды нет, когда уже поздно будет.

— Я ничего этого не говорила! — возразила она. — Я просто... Мысль отличная, да только не моя.

Бранкион долго смотрел на них. Потом снял шляпу, вытер грязь с локтя о лысину, потом снова надел шляпу.

— Думаешь добавить семье мозгов, отец?

— Пожалуй, пора! — Булрион был в ярости.

— Хм. Лучше поздно, чем никогда. Так я начну копать! — Бранкион широким шагом отправился за лопатой.

— 'Я этого не говорила! — крикнула Гвин ему вслед.

— Ты мне возражаешь на людях?! — проворчал Булрион.

— Но я же этого не говорила.

— А должна была сказать. И в следующий раз скажи, хорошо? А если я не захочу слушать, шепни «колодец!» мне в старое глухое ухо! Пойдем домой.

— Я люблю тебя, Бык.

— Я люблю тебя, Ниен. Понять не могу, зачем тебе нужен глупый старик вроде меня.

29

Среди нескольких десятков новых слов, которые Гвин успела выучить за этот день, был «астран» — зарданское обозначение «пространства, в которое открывается несколько домов». Его не следовало путать с «устраном» — «пространством позади домов». В астран не полагалось заходить просто так — пройти через него, просто чтобы сократить путь, было верхом грубости.

Когда они с Булрионом вернулись в его астран, она с удивлением увидела, что там полно людей. Еще больше ее удивили приветственные крики. Впрочем, обращены они были не к ней и не к Булриону, а к Тибалу Фрайниту, который стоял в середине толпы и благодарно раскланивался во все стороны.

Как все мужчины в долине, он был голым по пояс, однако на нем были надеты только штаны — ни шляпы, ни башмаков. Кроме того, ему не хватало могучих грудных мышц и густых покрывающих их волос. В слепящем солнечном свете, отражающемся от беленых стен, он выглядел длинным скелетом, обернутым только в кожу, напоминая немного Кэрпа, но только совсем молодого.

По всему периметру стояли взрослые, или сидели на скамьях, которые тянулись у всех дверных проемов, или лежали на земле. И каждого словно опутывали дети — они были повсюду, а некоторые забрались даже на кровли, чтобы лучше видеть ни на кого не похожего пришельца.

— Что тут происходит? — рявкнул Булрион.

— Мы слушаем предсказания, дедушка. — Полион, как и следовало ожидать, обнимал Ниад за плечи, но его глаза нервно поблескивали. — Тибал-садж только что предсказал, что вы вместе войдете вон оттуда.

— Спасибо, спасибо, спасибо! — сказал Тибал. — Следующее мое чудо: сейчас вот из того дома выйдет Занион Тарн! — И он указал на хижину.

— Что, во имя Судеб, тут происходит? — сердито сказал Занион, выходя из нее. Новые вопли восторга.

Но что все-таки происходит? Гвин вглядывалась в толпу. Вон позади других угрюмо стоит Раксал Раддаит, а вон Возион.