Но что все-таки происходит? Гвин вглядывалась в толпу. Вон позади других угрюмо стоит Раксал Раддаит, а вон Возион. И даже Джукион с Шупиим.

Булрион начал надуваться, как лягушка-бык...

— Ш-ш! — сказала она, прежде чем он успел взреветь. — Мне кажется, это что-то важное.

Тут присутствовали все, кого он назвал как их спутников, когда они поедут в Рарагаш. Взгляд Тибала встретился с ее взглядом через разделявшую их половину астрана. Он приветственно улыбнулся ей, а потом вновь обратился к своим слушателям:

— Может быть, вас удивляет, зачем я созвал вас сюда. Ну, так я просто хочу, чтобы вы больше не опасались меченых.

Внезапно над астраном нависла тревожная тишина, нарушаемая только лепетом самых маленьких детей. Тибал медленно повернулся, озаряя всех дружеской улыбкой.

— Вы нас боитесь? Да, некоторые меченые бывают опасными. Хотя редко по собственному желанию. Обычно мы так заняты собственными трудностями, что у нас нет времени досаждать взысканным. Так мы называем вас в Рарагаше — взысканные Судьбами. Если вы не меченые, то, значит, вы взысканные. Например, дальше по дороге поселилась джоолгратка, Джодо Кавит. Вы можете узнать, что она задумала, просто навестив ее. И скоро узнаете, что она думает. А она узнает, что думаете вы, а потому не таите никаких коварных замыслов. Но оставьте ее в покое, и она оставит в покое вас. Ей не подойти близко без того, чтобы вы об этом не узнали.

Он помолчал и снова повернулся. «Я объясню завтра» — вот что он хотел сказать ей. И значит, уже планировал это или предвидел.

— А вон там стоит Раксал-садж. Поговорите с ним, если хотите узнать, каково быть муолгратом. Возможно, он не захочет затрудняться и ничего вам не скажет. Ему все равно, будете вы знать или нет. Ему ни до чего нет дела! В его жизни нет страсти, нет чувств. Нет цели. Бедный Раксал? Нет, не бедный Раксал. Не жалейте его. Ему все равно!

Гвин опять поискала глазами Ниад. Девочка закусила губу и прижалась к Полиону, ожидая, что последует дальше. Но Тибал не упомянул про ивилгратку.

— А потом я. Вернее, буду я. Или был я. Я — шуулграт. Моя память глядит вперед, а не назад, как у вас. Вы помните это утро, вчерашний день, прошлый год. А я предпомню нынешний вечер, завтрашний день, будущий год. Ваши жизни все время развертываются, удлиняются, моя укорачивается. Я совсем не помню прошлого, кроме самых последних минут. Я не помню, как пришел сюда. Я не буду знать, сколько пробыл здесь или когда пришел...

— Вчера! — крикнули мальчишки.

— Хотя и знал, что вы мне про это скажете! — Тибал весело ухмыльнулся, и некоторые в толпе ответили ему боязливым хихиканьем. Потом он выпрямился и скрестил на груди худые костлявые руки. — Но знать будущее — это не благословение Судеб! Все время, каждый день, каждую минуту я нахожусь в страшной опасности. Хотите узнать почему?

— Да! — завопили мальчишки.

— Ну, так я вам скажу. Я знаю, что скажу. Объясню вам, почему мы, шуулграты, никогда не пророчествуем.

Юные голоса громким хором возразили, что он очень даже пророчествует. Он же напророчил, что Гвин-садж и Ста... дедушка войдут в астран, а Занион выйдет туда...

Вид у Тибала стал удивленным.

— Неужели я это предсказал? Правда?

Гвин не могла решить, притворяется он или нет.

— Да! Да!

— Ну, если так, то потому лишь, что это были совсем безопасные пророчества. Но таких очень мало. Хотя я знаю еще одно. Хотите услышать еще пророчество?

— Да! Да!

— Ну, хорошо! — Он быстро повернулся и указал на грузную женщину, восседавшую на скамье у хижины Бранкиона. — Артим! Ты дашь жизнь еще одному ребенку!

Все захохотали, послышались крики, что для такого пророчества не нужно быть шуулгратом.