– Не вам решать…

– Мне! – Хиннари резко подалась вперед. – Я годами на этой службе, Иврос! Я знаю, что разрушает мужчин, а что заставляет их достигать высот! И вы пришли в Идарис не за тем, чтобы волочиться за какой-то девицей! Вас привела ваша кровь! Сила импери – фундамент всей Арсии! И подумайте сами, Иврос, какую лучшую защиту для Арсии вы можете оказать, нежели избавить ее от Черного Двора? Подумайте!

Под конец тирады Хиннари почти кричала.

– Я и избавлю, – сквозь зубы ответил Иврос. – Но своими методами.

Импери отвернулся к распахнутому окну, только чтобы не смотреть на взволнованную женщину, которая мало того что по-прежнему демонстрировала жаркую приверженность своим целям, так еще и привыкшие к темноте глаза разглядели, насколько мало на ней одежды.

– Какими, Иврос? – Она с досадой ударила ладонью по своей перине. – Ценою сотен жизней? Тысяч? Ценою своей? Думаете, я не в себе? Но я говорю вам чистую правду! Наш ребенок может изменить историю!

– Вы сошли с ума из-за чужого предсмертного бреда, Хиннари.

– Unum Deus! Почему же? Это же дитя! Всего лишь дитя! Ваше! Он не умрет! В пророчестве нет ни слова о его смерти. Он родится, чтобы спасти весь континент, всю Арсию от Черного Двора. Он один поймет, как сделать то, что не мог до него никто. Такой возможности может не быть еще много лет! А вы упрямитесь так, будто я предлагаю вам омерзительное соитие не с женщиной, а с чудовищем из морской бездны! Ребенок, Иврос! Всего лишь ребенок, – ее голос упал до шепота. Она продолжала говорить несмотря на то, что Ив молчал в ответ. – Мне ничего более не нужно. Ваша… Гвин, – имя Хиннари выплюнула, как проклятие, – даже знать про наш уговор не будет, если пожелаете.

Она вгляделась в напряженную спину, которая выделялась на фоне ночи за окном.

В саду стрекотали цикады.

Ив вздохнул тяжело и устало, закрывая ладонями лицо.

– А если захотите, останетесь со мной, – Хиннари тряхнула головой, рассыпая по плечам тугие черные кудри. – Станете отцом. Будете растить его таким, каким захотите. И я… я смогу любить вас обоих… А Гвин, – она сердито зажмурилась на миг, а потом открыла глаза. – Она замужем и пусть там и остается. Она окулус, опасный для вас. Чем я хуже нее? Неужели я вам настолько не нравлюсь?

– Ищите другого человека для реализации своих мутных пророчеств, – голос звучал холодно.

Импери по-прежнему стоял к ней спиной так, что она не могла видеть выражения его лица.

Женщина откинула в сторону одеяло и плавным движением выскользнула из постели. Босые ноги ступили на прохладный пол, отчего разогретое после сна тело тотчас покрылось мурашками. Или это он так сильно заставлял ее волноваться?

– Иврос, посмотрите на меня.

Лорд-протектор нехотя повернулся.

Хиннари стояла перед ним в тонкой сорочке со спущенной с одного плеча весьма недвусмысленным образом бретелькой. Контуры ее тела можно было разглядеть до мельчайших деталей.

– Я недостаточно хороша?

Ив сделал к ней решительный шаг.

Хиннари гордо подняла голову, глядя в суровое лицо импери. В его золотых глазах плескался гнев.

Мелькнувшая на устах Хиннари улыбка быстро погасла, а глаза расширились от ужаса, когда низкое медвежье рычание рокотом поднялось в груди Ивроса. Так рычит зверь, готовый разорвать добычу. Человек подобные звуки издавать физически не может.

Она невольно отшатнулась, как от удара, хоть он и не касался ее, плюхнулась обратно на мягкие перины сливового цвета.

– Завтра утром это письмо должно лежать на столе Императора. Потрудитесь объяснить ему все до моего прихода.