– С Гвин все хорошо, – перебила ее Керика. – Она справилась и с носфератом, и с его кровопийцами.

– Да? Ох, – Алиссана выдохнула, тень улыбки скользнула по ее бледным губам. – Рада это слышать. Вы можете мне не верить, но я действительно рада. Я помню Гвин. Она бывает несносна, даже невыносима временами, однако смерти уж точно не заслуживает. Но, мастер Гарана, из города нужно уходить, пока не поздно. Умоляю вас. Вы, – ее голос снова дрогнул, – вы чудесная. Добрая. Умная. Я таких людей, как вы, не встречала. Вы сделали для меня то, чего никто иной бы в жизни не стал делать. И вы не должны погибнуть.

– Лис, – Керика прервала ее взволнованное стрекотание. – Выдохни и скажи мне: ты знаешь, когда планируется осада города?

Девушка затравленно кивнула.

– Сегодня в полночь. В полнолуние. Чтобы использовать вервольфов и других проклятых.

Мастер над рунами емко выругалась.

Все кусочки головоломки сложились в единую картину: пришедший за Гвин носферат, донесения о бестиях в окрестностях Идариса, внезапное беспокойство Ивроса, взрыв в Академии при помощи реликта, гнев Императора этим утром, покушение на Авериуса. Не хватало лишь одного элемента.

Керика нахмурила брови.

– Лис, мне нужно знать имя того, кто стоит за всем этим. Ты назовешь его?

Девушка тяжело сглотнула. Снова кивнула. И тихо произнесла:

– Эгис Толверт.

Глава 16. Вечная война

В кабинете Императора было весьма многолюдно. Сам Салдор Септиан сидел во главе стола. Кресло по левую руку от него занимал Авериус Гарана. Место справа пустовало. Но на остальных расположились самые разные люди, включая Ивроса Норлана, братьев Корвесов, Керику Гарана, Алиссану Тарнен, капитана городской стражи Ронаса Герхарда, обоих Верховных Понтификов в сложных одеяниях, а также глав ордена паладинов, императорских клевретов и храмовой стражи. Они обдумывали то, что в очередной раз пересказала Алиссана.

– Мы все еще возражаем против присутствия предательницы на важном государственном совете, – с кислой миной заявил один из понтификов, сухощавый и долговязый Велитар в сине-золотых одеждах Церкви Тьмы. Ивросу он напоминал богомола, упавшего в чернильницу.

– Вся информация от нее нами услышана, – протяжным, монотонным голосом выразил свое согласие второй понтифик, низкорослый и дородный Фаррон в бело-серебряных нарядах Церкви Света. – Предательницу надлежит поместить под стражу до завершения следствия.

Алиссана с шумом вдохнула воздух. Втянула голову в плечи и откинулась назад на стуле, сконфуженно оглядывая присутствующих.

Керика Гарана, сидевшая справа от нее, ободряюще улыбнулась ей, а потом бросила короткий взгляд на ректора. Брат и сестра Гарана не обладали той удивительной телепатической связью, как Корвесы, однако они в том не нуждались. Ректор Академии Чародейства и так все прекрасно понял.

– Девушка останется здесь, при мне, – сухо отрезал Авериус Гарана, пока никто иной не успел вставить хоть слово. – Предательница таковой более не является. Она прошла полную процедуру очищения и находится под строгим надзором мастера над рунами. До момента, когда я приму решение…

– Ваша сестра не вправе заведовать такими вопросами, – перебил архимага Верховный Понтифик Фаррон все тем же тягучим, как патока, голосом. – Налицо серьезное государственное преступление – измена Империи.

Рыжая девушка побледнела так, что веснушки сделались видны особенно отчетливо. При этом вид она имела такой несчастный, что сидевший рядом с ней Иврос невольно ощутил укол жалости.

– Смею напомнить, что Алиссана Тарнен остается адепткой Академии Чародейства, – ледяным тоном произнес ректор, поймав очередной короткий взгляд сестры.