Наконец, когда долгий инструктаж был закончен, Джек проводил Брауна до геликоптера и прикрывая лицо от разлетавшегося колючего песка, подождал, пока машина поднялась в воздух и развернувшись, пошла по маршруту, включив подвесные двигатели.

Когда их шум затих, Джек направился к океану и босым походил по полосе прибоя.

Сегодня, как по заказу, стояла прекрасная погода.

21

И потянулись, побежали дни новой жизни Джека Ривера на пустынном острове.

Первую неделю он только обживался, переставляя мебель и перебирая пожитки тех, кто работал здесь до него.

Их оказалось слишком много, вещей, которые не пригодились этим людям в новой свободной жизни. Разбирая полки, он то и дело находил какие-то записные книжки, дневники, в которых его предшественники оставляли свои мнения и мысли о жизни на острове.

Джек зачитывался ими, как приключенческими романами, ведь то, что пережили они – напрямую касалось и его самого.

Какие бывают ураганы и как к ним готовиться, на каких пальмах самые спелые орехи и плоды. С какого берега лучше всего клюет и что клюет.

И цифры с датами. Несмотря на вольготную жизнь на острове все эти люди мечтали о настоящей свободе. Этот остров они считали продолжением тюремного режима.

Джек часто задумывался, страдает ли он здесь. Нет, конечно, он не страдал, но что-то похожее на несвободу тут было. В конце концов, он не мог отсюда выбраться без посторонней помощи и с это точки зрения это было местом заключения.

Но легкого режима. Даже вольготного.

Спустя неделю он уже стал путешествовать по своим владениям, не таким уж и большим, но и не маленьким.

На всю длину острова приходилось топать три с половиной километра, а поперек – полтора. До рыбалки он пока не созрел, но описанные в дневниках места хороших поклевок уже нашел.

Его вечерний досуг пока состоял из разборки нагромождений из книг и журналов, а также просматривании каких-то новостей из далекого внешнего мира. Но это было скучно.

Еще на отсидке это казалось ему малоинтересным, а вот стоявшая в углу большая запыленная радиостанция с оборванным проводом питания его заинтересовала.

Браун вскользь заметил, что она тут только потому, что выбросить ее было некуда, а Джека уже сильно затянула история острова, а точнее – его предшественников, поэтому он захотел узнать все, к чему они прикасались и с чем имели дело. Ведь, получись у него вернуть рацию к жизни и выйти в эфир, это стало бы покруче, чем чтение дневников.

И однажды, порывшись в большом ящике с инструментами, гвоздями, шурупами и прочими нужными в каждом хозяйстве вещами, он нашел необходимые куски проводов и вилку питания, после чего сумел восстановить кабель питание древнего агрегата и с легким волнением подключил его к розетке.

В первые несколько секунд ничего не произошло и Джек разочарованно вздохнул. Что ж, он не исключал и такого исхода. Но вдруг, внутри раритета что-то щелкнуло и на панели корпуса затеплился контрольный огонек.

Джек надел наушники и включил поиск абонентов, надеясь просто поймать какие-то помехи от оставшегося где-то в эфире старого оборудования, но неожиданно услышал голоса:

– Привет, новичок! Обозначь себя!

– Я… Это… – Джек растерялся.

– Смелее, я «Джек – пятнадцать-восемьдесят пять»!

– А я «Гарри-Дельфин – восемнадцать-пятьдесят один»!

– Здесь Халед, мой канал «четырнадцать – двадцать восемь»! – добавился чуть менее громкий абонент.

– Просто назови имя и прочитай на крышке рации цифры, – поняв заминку новичка посоветовал тезка.

– Я тоже Джек и у меня тут написано… немного затерто, вроде «четырнадцать – ноль восемь».