Единственное, что могло бы его спасти, так это брак с Кой-сан. В своё время матушка и брат молодого хозяина не позволили ему жениться на ней, да и «бабушка» тогда была полностью на их стороне, но теперь она понимает, что это было ошибкой. Если бы они поженились десять лет назад, молодой хозяин не пустился бы в разгул. У него была бы семья, ради которой он трудился бы, как всё. Брат молодого хозяина почему-то недолюбливает Кой-сан и вряд ли одобрил бы этот брак, но его мнение теперь уже можно не принимать в расчёт. Во-первых, молодой хозяин, по сути дела, больше не принадлежит к семье Окубата, а во-вторых, если бы, женившись, он начал новую жизнь, брат со временем наверняка простил бы его. Так что дело вовсе не в брате. Вся беда в том, что Кой-сан, как видно, не желает выходить за молодого хозяина.

Только пусть О-Хару не думает, что она хочет в чем-либо упрекнуть Кой-сан, повторила «бабушка», у неё, дескать, и в мыслях этого нет. Потом она спросила, как относятся к молодому хозяину в доме Макиока. Что и говорить, он человек избалованный, мало смыслящий в жизни, да и вообще при желании в нём можно отыскать множество недостатков, но одного у него не отнимешь: он всей душой предан Кой-сан. Конечно, праведником его не назовёшь. У него ещё молоко на губах не обсохло, когда он впервые узнал удовольствия чайных домиков, а потом, когда, родные запретили ему встречаться с Кой-сан, он и вовсе пустился в разгул. Но ей хочется, сказала «бабушка», чтобы близкие Кой-сан знали: на этот путь его толкнуло отчаяние от невозможности жениться на любимой девушке.

Спору нет, Кой-сан намного умнее молодого хозяина, гораздо лучше него знает жизнь и наделена способностями, которые редко встречаются в женщине. Возможно, она считает, что такой никчёмный человек ей не пара. Что ж, она вправе так думать, но ведь их отношения длятся не год и не два, а целых десять лет. Должно же это к чему-то её обязывать. Должна же у неё быть хоть капля жалости к молодому хозяину. И потом, если уж она твёрдо решила не выходить за него замуж, ей следовало порвать с ним ещё тогда, когда у неё была любовь с Ёнэкити. Молодой хозяин погоревал бы, а там, глядишь, и утешился. Но Кой-сан вела себя очень странно, и было трудно понять, чего она хочет. С одной стороны, она вроде бы собиралась выходить за Ёнэкити, а с другой — продолжала морочить голову молодому хозяину. Теперь Ёнэкити нет в живых, и тем не менее всё остаётся по-прежнему: она и порывать с молодым хозяином как будто не намерена, и замуж за него идти не хочет. Как всё это понять? Тут поневоле заподозришь, что ей попросту нужны его деньги…

О-Хару, естественно, принялась возражать «бабушке». Как же так? — сказала она. Насколько ей известно, Кой-сан имела твёрдое намерение выйти замуж за господина Итакуру, но господин Окубата стоял у них на пути. Кроме того, они хотели подождать до тех пор, пока решится судьба госпожи Юкико.

Что до госпожи Юкико, сказала «бабушка», то тут она судить не берётся, но ей странно слышать, будто молодой хозяин стоял у них на пути. Всё время, что длился её роман с Ёнэкити, Кой-сан продолжала тайком от него встречаться с молодым хозяином и чуть ли не каждый день звонила ему по телефону. Что и говорить, она ловко вертела обоими молодыми людьми. По-настоящему она любила Ёнэкити, а молодой хозяин был нужен ей для других целей. Одним словом, «бабушка» намекала, что «дружба» Кой-сан с Окубатой была отнюдь не бескорыстной.

О-Хару и тут не растерялась. Трудно поверить, чтобы Кой-сан нуждалась в какой бы то ни было материальной помощи от господина Окубаты, сказала она. «Бабушка» и сама знает, что Кой-сан всё эти годы мастерила кукол и имела от этого приличный доход. Мало того, что она полностью себя содержала, ей удавалось ещё и переводить деньги на чековую книжку.

Это — всего лишь слова Кой-сан, возразила «бабушка», и О-Хару, так же как и госпожа Макиока, и госпожа Юкико, принимают их за чистую монету.