Эриния схватил кулак Джекса, останавливая его.

– Пойдем, – коротко бросил Вайлент, – я знаю, где их найти.

Не став тратить время на Демьяна, Джекс отпустил его и направился за посланником смерти. Он в последний раз обернулся, смотря на мужчину: из его носа текла кровь, тело было в синяках, и, кажется, Джекс сломал ему пару костей. Демьян испытывал трудности и не мог подняться.

Убедившись, что сейчас от Демьяна не будет проблем, Джекс продолжил следовать за Вайлентом.

– Не знаю, как в мире людей, но мне кажется, что убийство сына правителя не принесло бы тебе ничего хорошего, – прозвучал голос эринии, его слова походили на упрек.

– Без тебя знаю, – огрызнулся Джекс, а потом принялся осматриваться, в его глазах читалось беспокойство. – Где Сатори?

– Я спрятал ее, – ответил Вайлент.

Джексу этот ответ не понравился. Эриния прочитал это по его гневной ауре и вздохнул. Он ненавидел что-то объяснять смертным.

– Катлин появилась, и я попросил ее приглядеть за Сатори. Думаю, мойре мы нужны куда больше. Демьян сейчас не является угрозой.

Парень был вынужден согласиться с посланником смерти, ускоряя свой шаг, чтобы поспевать за ним. Дышать было тяжело, Джексу казалось, что с каждым шагом в его легких все меньше воздуха. Голова была тяжелой, а сердце бешено колотилось.

– Ты ранен, – заметил эриния, оценивающе посмотрев на смертного.

– Это подождет, – отмахнулся тот.

Вайлент покачал головой и назвал Джекса упрямым. Тот не стал спорить.

Они дошли до кухни. Уже издалека слышался звонкий грохот и шум, будто кто-то усердно старался разбить всю посуду или сокрушить кухню из-за плохого обеда или недосоленного супа.

Сначала Джекс хотел спросить, зачем посланник смерти притащил его сюда и что они здесь забыли.

– Ты же не планируешь перекусить перед битвой или что-то такое?

Вайлент не удостоил смертного и взглядом. Поэтому Джекс терялся в догадках и надеялся, что он не прав. Хотя от эринии можно было ожидать даже этого.

Но, войдя, Джекс увидел, что дела обстояли куда хуже. Перед ним, практически у ног парня, лежали двое стражников, и они находились без сознания. Третий был ранен и пытался отползти. Джекс поднял глаза и увидел Кайнара в образе гарпии. Его крылья были сложены – он не собирался взлетать, пространство кухни ограничивало его.

А на противоположной стороне, у другого входа, где двери были слегка приоткрыты, стоял Торриус Солер.

И Альма стояла напротив. Ее руки были в чьей-то крови, а костяшки разбиты. Джекс испытал злость по отношению к тому, кто причинил мойре вред.

По действиям Кайнара Джекс осознал, что парень пытался пробиться к ней, но его путь преграждал еще один охранник, всячески мешая. Кайнар уловил на себе взгляд Джекса и одними губами прошептал ему: «Там!»

Джекс не понял, что имел в виду его друг, но в его сторону смотрел не только Кайнар. Торриус не был удивлен появлению Джекса и эринии.

Кайнар взял на себя одного охранника, а тех двоих, что стояли возле правителя, отвлек Вайлент, а ведь Джекс даже не успел заметить этого.

Правитель оставался наедине с Альмой и фактически являлся единственным ее противником. В руках Торриуса блестел маленький нож. Джекс понял, что он может навредить мойре, и поспешил к ним.

Добежал парень довольно быстро, вставая с Альмой наравне.

– Если ты здесь, – сказал правитель спокойным тоном, – значит, мой сын потерпел поражение.

Торриус пожал плечами. Джекс мог убить Демьяна, лишить сына правителя жизни, но Торриусу Солеру было все равно.