– Звучит стремно.

– Они же демоны.

– Но выглядели весьма мило, такие маленькие и черненькие. – Джекс попытался показать их размеры, сжав руку в кулак.

– Я посмотрю на тебя, когда эти милые существа сожрут твою душу, впитают ее в себя и отнесут своему хозяину.

Джекс поморщился.

– Их тела – вместилища для душ, которые нужно перенести, – усмехнулась девушка. – Поэтому они маленькие. Хотя я слышала разговоры, что демоны стали не нужны Царству Темных и от них начали избавляться. Вероятно, их не так много осталось.

– Как насчет перекусить, прежде чем искать твою книгу? – переменил тему Джекс, кивнув на кондитерскую неподалеку. – Пропахну ванилью и шоколадом, – глядишь, и отцепятся от меня эти демоны.

У Джекса редко бывали в кармане лишние деньги и не было друзей, поэтому он ограничивался походами в продуктовый, чтобы купить что-нибудь к ужину, но сейчас его голодный желудок ощущал коварный призыв булочной со стойким ароматом корицы и лимона.

Альма задумчиво взглянула на него:

– Ты голоден?

– Думаю, что так, – нехотя ответил Джекс, подсчитывая в уме, сколько ему придется потратить денег.

Мойра, в отличие от него, о таком не задумывалась. Она взяла парня под локоть и потащила к булочной, следуя за прекрасным ароматом.

Поначалу Альма боялась машин, периодически даже отпрыгивая в сторону, что выглядело забавно. Она обижалась, когда Джекс подшучивал над ней, и называла смертным, стараясь задеть в ответ, но парень уже привык и считал это чем-то вроде прозвища. У мойры был своеобразный характер, к такому нужно привыкнуть.

Альма толкнула дверь, входя в булочную.

Народу внутри почти не было, только одна парочка сидела за отдаленным столиком возле окна. Джекс хотел предупредить мойру о денежной системе, о которой она наверняка не знала, но не успел. Альма принялась перечислять продавцу все подряд названия понравившихся ей булочек, читая с ценника.

Джексу же пришлось стиснуть зубы и заказать слойку с абрикосом и кофе. Немного, но зато экономно, как он посчитал.

Столик они выбрали ближе к запасному выходу, заранее убедившись, что дверь легко будет открыть в случае побега.

Альма жевала третью булочку, теперь уже с маком. Ее рот был в белой пудровой посыпке, но девушка впервые выглядела такой довольной и даже немного беспечной, словно все проблемы решились, как только они зашли в это кафе.

– Мир смертных куда лучше, чем я думала. Здесь есть на что посмотреть. – Она говорила это с набитым ртом, а Джекс старался не засмеяться.

– И что же ты раньше знала о людях? – спросил он, делая глоток горячего, обжигающего горло кофе.

– То, что они умирают. Каждый.

– Да уж, не слишком много информации. – Парень поставил стаканчик и обхватил его двумя руками, наслаждаясь согревающим теплом. – Выходит, ты не видела, какую жизнь проживают те, у кого ты ее забираешь?

– Я не забираю, а заканчиваю тогда, когда она должна быть закончена. Мойра не может сама решать судьбу смертного, мы просто выполняем свою работу в нужное время.

Альма вытерла губы салфеткой.

– Моя сестра, Нона, вторая мойра, прядет нити судьбы и наблюдает за каждым мгновением жизни, которое у нее в руках. А я нет.

Закончив с обедом и разговором, они вышли на улицу. Альма смотрела на мир вокруг, ее зрачки то и дело расширялись. Она не признавала, но Джекс видел: ей здесь нравится.

Холодный ветер заставил парня поежиться и спрятать шею в ворот куртки.

– Значит, мы ищем эту твою книгу с именами, – сказал он задумчиво.