– Что тебе известно об этом? – Макар Такугава показал на имя Го-Данго.

– Любит сакэ и женщин.

Макар Такугава невольно поморщился. Досё непозволительно молод и краснеет, когда к нему обращаешься. Почти мальчишка, с едва пробивающимся пушком на щеках. Иногда это смущало. Помощник и не мог иметь суждение о многих вещах, в том числе, о тех, о которых говорил. Но он обладал хорошими качеством: был исполнителен и двужилен, как бегун, не трепался по углам, не пил, не играл, не волочился за женщинами. И главное – он неприметен. Кто обратит внимание на нескладного подростка? Всегда прислушивался к словам начальника. Макар Такугава замер на этой мысли, словно окаменел. Досё терпеливо ждал. Стало быть, ему все карты в руки, думал Макар Такугава. И внимательно посмотрел на Досё. Досё оробел. Ни перед кем не робел: ни перед городскими бандитами, ни перед вако, ни перед горными ронинами, а перед непосредственным начальником его кидало в краску.

– А этот?

– Монах? – Досё покраснел. – Неизвестно, участвует ли в заговоре. Пришел ниоткуда примерно сэкки тому назад.

– А что он делает?

– Ничего… – пожал плечами Досё, – весь день торчит на мосту Ясобаси. Иногда вечером приходит в дом капитана Го-Данго. Но бывает недолго.

– О чем они говорят?

– Не известно.

– Пьют?

– Может, и пьют.

– А он может быть опасен связями с горными монастырями? Может быть, ниточка тянется туда?

– Вполне возможно. Мы узнаем, когда схватим их, – краска отливала от его лица, которое становилось все более напряженным.

Досё, как и Макар Такугава, был поклонником решительных действий и порой не понимал, зачем вообще надо следить за кем-либо. Самое эффективное средство узнать правду – схватить и пытать! Каленым железом. Допросить с пристрастием! Тогда все станет ясным и понятным. Ох, эти старики, насмешливо думал он, что они могут?!

– Убьешь обоих!

Досё удивился, но промолчал. Удивился он потому, что его начальник неожиданно, без явных причин, перешел к активным действиям. Он не подозревал, что Богиня Аматэрасу на короткое мгновение помутила не только его разум, но и разум начальника городской стражи. Она бы и не вмешалась в судьбу Натабуры и Юки, но ситуация вышла из-под контроля, ибо Бог Яма покинул свой хабукадзё и самолично направился в Киото. Напрямую Богиня Аматэрасу не могла обратиться к Богу Яма, потому что между ними давно пробежала черная кошка, и у Бога Яма действительно появились все основания опасаться за свою жизнь. Поэтому, когда Макар Такугава вышел из ступора, Досё услышал вышеприведенное руководство к действию.

– Что нам известно об этом человеке? – Макар Такугава указал на имя Сампэй в своем списке.

– Торгует в квартале Дайкон привозными овощами. Последнее время ни в чем предосудительном не замечен, кроме того, что Гёки иногда заходит к нему в лавку.

На этот рез он удивился тому, что они вроде бы говорили о капитане Го-Данго и монахе Натабуре. Но тотчас забыл об этом и больше не вспоминал, как постепенно забывают и не вспоминают давнишний сон.

– Хорошо, – непонятно почему одобрил его слова Макар Такугава.

Досё успокоился. Он знал, что в конце разговора все станет ясно.

– А Тэрадзака?

– Работает на него. Скупает овощи по деревням.

– Ага… – загадочно произнес Макар Такугава и ненадолго задумался, взглянув в окно. С горы Камбуной хорошо была видна восточная часть города и Яшмовый дворец. Во дворе стражники рассаживали просителей в порядке живой очереди.