— Да ты никак, Макс, опохмеляешься? — спросил он неодобрительно.

— Да это вода, — смутился Бутырин. Он спрятал бутылочку в портфель и, стараясь не дышать в сторону Назарова, отодвинулся от него подальше. — Жарко очень.

Алик с осуждением покачал головой.

— Пьешь часто, Максим. Нехорошо это!

— Ладно, Алик, — огрызнулся Бутырин. — Не тебе меня учить!

Вернулся Гарцев. Маленький человек был расстроен.

— Нужного нам работника нет, — заявил он. — Придется ждать.

Жилкин взглянул на часы. Времени было уже много — одиннадцать часов. Дай бог обернуться с зарплатой до обеда. В два часа Вася должен был сопровождать уже другого кассира.

— Больше никому деньги сдать нельзя? — спросил охранник.

— К сожалению, нет, — качнул головой Гарцев.

"Деньги?! — екнуло у Макса сердце. — Неужто Манекенщик ошибся и зарплату оставят здесь, а не повезут, как предполагалось, на завод?"

Только когда начинаешь терять, понимаешь, что теряешь. Бутырин уже забыл, что несколько минут назад сожалел о задуманном ограблении. Ему вдруг почудилось, что сокровища уплывают из его рук. Макс стал лихорадочно искать выход из создавшегося положения и не находил. Неужели все то, что они до сих пор проделали с Манекенщиком и Генкой, было напрасно?..

Минут через сорок со стороны прятавшегося за могучими чинарами городка появился высокий сухопарый мужчина, одетый в клетчатую рубашку и черные брюки. Человек очень спешил, вышагивая на длинных ногах, будто журавль. По оживлению, возникшему на лице Герцева, Макс заключил, что это и был тот самый человек, которого все ждали.

— Извините, ребята, задержался! — еще издали, разводя руками, признался мужчина. — Давно ждете?

— Порядочно, — сдерживая раздражение, проговорил Гарцев. — У нас колоссальная сумма денег, Махмуд Адилович, и торчать с ней на дороге совсем небезопасно.

На худом лице мужчины с косыми глазами, увеличенными сильными линзами очков, застыла извиняющаяся улыбка.

— Да знаю я, Женя, знаю, — оправдываясь, произнес он. — Но, как вам известно, у нас в филиале сейчас нет ни бухгалтера, ни кассира, а мне срочно потребовалось съездить к поставщикам, проверить кое-какие счета.

— Чего уж теперь говорить-то, — проворчал Гарцев. Парень достал из папки бумагу и протянул Махмуду Адиловичу. — Распишитесь в получении.

Мужчина поставил подпись, вернул бумагу. К неописуемой радости Бутырина, он взял только один мешок. Закинув его за плечо, Махмуд Адилович отправился в здание.

У Макса отлегло от сердца. Хотя и жаль было расставаться с довольно-таки приличным по объему мешком, большая часть денег все же осталась в машине.

Кассир с охранником влезли в "Уазик" и заняли свои места.

— Едем! — распорядился Жилкин, и машина вновь покатила через сад.

Яблоневый сад… Он вновь навеял на Бутырина воспоминания. Как же он мог за все шесть лет — с тех самых пор, как окончил школу, — так ни разу и не вспомнить о нем? А ведь здесь прошли его школьные годы. Когда Макс пришел в первый класс, деревья были еще маленькими. Они росли вместе с Бутыриным, набирались сил. В младших классах учительница водила в сад на экскурсию, в старших — он вместе с одноклассниками прятался здесь от грозного директора, разыскивавшего нерадивых учеников, сбежавших с уроков. В саду отмечали дни рождения, праздники, сдачу экзаменов. Здесь Макс познал сладость первого поцелуя и горечь измены, когда застал одноклассницу Ленку в обнимку с Манекенщиком.