— Спокойно, Гена, спокойно, — процедил сквозь зубы Славка. — Тормозни-ка здесь.

Генка объехал "Москвич" и остановился метрах в десяти впереди него. Парень был напуган до полусмерти. Сейчас он с удовольствием оказался бы не за баранкой автомобиля, а в своем гараже за шлифовкой какой-нибудь детали — подальше от грозного гаишника, да и самого Манекенщика с его дурацким ограблением.

— Что теперь делать? — спросил Генка упавшим голосом.

Манекенщик оглянулся. Инспектор ГАИ с невозмутимым видом стоял на обочине и, постукивая жезлом о ногу, поджидал водителей обеих машин. Славка стиснул руку брата:

— Тебе придется подойти к нему, — заговорил он быстрым шепотом. — Возьми себя в руки и не трусь! Покажешь гаишнику только права. Если он потребует документы на тачку, скажешь, оставил в машине. Вернешься якобы за ними, сядешь за руль, и рванем отсюда подальше. За нами, я думаю, он не погонится.

— А если по рации передаст?

— Там видно будет. Иди, иди! — Манекенщик вытолкал брата из машины.

Генка ступил, как ему показалось, не на асфальт, а на раскаленные угли. Секунду он стоял в нерешительности, потом на непослушных ногах двинулся к милиционеру и уже стоявшему рядом с ним водителю "Москвича". Путь в двадцать шагов показался парню вечностью.

Генка подошел в тот момент, когда рослый, с грубыми чертами лица гаишник монотонным голосом выговаривал тщедушному человеку в очках:

— Вы нарушили правила. Перед нерегулируемым пешеходным переходом водитель обязан снизить скорость или остановиться и пропустить пешеходов.

— Пропустить пешеходов водитель обязан при повороте направо или налево, — робко возразил очкарик.

— Э-э… нет! — протянул гаишник с видом человека поймавшего вас на шалости. — Это касается проезда перекрестков, а мы говорим о пешеходных переходах… Правильно, молодой человек? — обратился инспектор к Генке.

Вертевший в руках права Генка выдавил улыбку и кивнул:

— Правильно.

— Гм, — изрек очкарик.

— А вот молодой человек, — продолжал гаишник, — правила дорожного движения знает. Он уступил дорогу женщине с тележкой… Вы свободны, — козырнул инспектор Генке и, утратив к нему интерес, повернулся к очкарику. — А на вас будем составлять протокол, уважаемый!

Генка почувствовал слабость. Все еще не веря в счастливое избавление, он повернулся и, пошатываясь, побрел к "Жигулям".

— Ну что? — сгорая от любопытства и нетерпения, спросил Манекенщик брата, едва тот уселся на место водителя.

— Остановил как свидетеля. — Генка с шумом выдохнул воздух и издал нервный смешок: — Даже в права не заглянул. Лох какой-то!

Парень завел мотор — через десять минут братья подъехали к кладбищу.

21

Гарцев приехал в банк рано. Еще не было и девяти часов, когда он вошел в двухэтажное квадратное здание с толстыми решетками на окнах и бронированными дверьми. Парню повезло: народу в с утра было мало. Гарцев быстро оформил необходимые документы и вот уже битый час слонялся по двору в ожидании "Уазика". Алик с Васей куда-то запропастились. Наконец, в половине одиннадцатого к воротам подкатила машина.