Это невозможно, подумал писатель. То, что он только что сказал, было хайку, которую он написал прошлой ночью, когда был пьян. Старик усмехнулся и указал на телевизор, где опять шли новости о серийном убийце.

— Это не что иное, как натуралистическое зло. Это нормально — отвергать социально обоснованную мораль, когда она противоречит законам бога. Но вы должны превратить её во что-то другое, что следует правилу Кьеркегора. То, что делал этот парень в телевизоре... Он не делал этого. Если то, что ты делаешь, противоречит законам божьим, то ты не что иное, как прислужник Дьявола.

"Невероятно, как глубоко может мыслить этот человек," — думал писатель.

— Это чертовски хорошо, что есть такие люди, как мы, которые могут случайно встретиться в таком месте по чистой случайности и поговорить о высшем.

— Да, чертовски верно, сэр.

— Нет ничего важнее в жизни, чем найти свою цель, которая будет определена богом. А посмотрите на весь этот сброд вокруг нас. Их ничего не интересует, кроме рок-звёзд рестлинга и нового фильма Джона Труха-Вольтера.

— Вы абсолютно правы, — согласился писатель.

— Особенно, когда есть доказательства. Истина субъективна, поэтому Бог превосходит истину эмпирически, предлагая спасение через последовательную цель.

— Да, так и есть, сынок, и хочу тебе сказать, что я нашёл свою цель. Моя цель — это помогать грешникам, ставя их на путь господень. — Старик сделал насмешливую улыбку. — А ты случайно не знаешь, сколько по времени они делают гамбургеры? Я вернусь через минутку, сынок, и мы сможем поговорить ещё немного, прежде чем я уйду. Слушай, прости меня, но я не хочу умереть, как Тихо Браге. — Старик улыбнулся через небольшую паузу. — Ты же знаешь, кто такой Тихо Браге?

Писатель улыбнулся.

— Знаменитый датский астроном и философ, который усовершенствовал все открытия Коперника. Браге умер, потому что не мог быстро добраться до туалета, и его мочевой пузырь лопнул.

— Хорошо, а где сральник в этой дыре?

— Вон там, сэр, — указал путь ему писатель.

— Но сначала я расскажу тебе шутку, — сказал Луд, — готов?

— Конечно.

— Как думаешь, что сказал Сартр через секунду после смерти?

— Что?

— Ой. Я пошёл к чёрту.

Оба мужчины так громко рассмеялись, что все посетители бара уставились на них. Затем Луд хлопнул писателя по спине и направился в уборную. Я до сих пор не могу в это поверить. У меня только что был первый интеллектуальный разговор во всём этом вшивом городишке... И этот разговор был с человеком, выглядевшем, как типичный деревенщина. Писатель заказал себе ещё пива, продолжая удивляться совпадению. Но было и другое совпадение, не так ли? Хайку, которую он не помнил, как писал. Когда бармен отвернулся, он достал свою ручку и написал: Ты живёшь один Набираешь свой номер по ошибке И кто-то отвечает. Было странно, что Луд использовал почти идентичную абстракцию для своего сравнения с теоремой Канта. Невероятное, но вполне объяснимое совпадение... Бармен принёс пиво.

— Куда подевался этот балбес?

Этот дурацкий балбес, вероятно, разбирается в философии лучше, чем большинство профессоров и богословов.

— Пошёл отлить. А что?

— Ну, надеюсь, он не возражает против мяса опоссума, смешанного с говяжьим говном.

Писатель услышал только вторую половину.

— Гавно? Что, серьёзно?

Бармен пробормотал:

— Боже, приятель! Да я просто пошутил.

Писатель изобразил улыбку.

— Скажите, в заведении есть телефон?

— Не знаю, где находится Заведение, приятель. Что это такое? Какой-то ресторан в Пуласки?

Писатель вздохнул.