Джокаста подбежала к другому краю, опёрлась о каменное ограждение и вгляделась в городские шпили, за которыми вдалеке проглядывалась северная стена. После подняла взгляд и, наконец, заметила тонкую сеть из фиолетовых линий, оплетавшую Элву, точно купол. Всего за несколько мгновений Четвёртый восстановил барьеры, возведённые эльфийскими магами, поставил свои и успел накрыть город магией, будто боялся, что крылатые твари вдруг оживут и вновь попытаются проникнуть внутрь.

— Здравствуйте!

Джокаста стремительно развернулась, взмахивая Бердаром, и краем глаза заметила, как Четвёртый, долю секунды назад стоявший рядом, оказался в трёх метрах левее.

— Ладно, понял, виноват! — юноша вскинул руки и вжал голову в плечи от страха, уставившись на кончик направленного на него копья. — Не надо было подкрадываться…

— Какого… — начал было прибежавший Генти, но Четвёртый его перебил:

— В общем, мне нужны вы.

— Что?..

— Прямо сейчас. В Омаге. Мы кое-что… эм, выяснили, и у нас есть план, но нужно знать, согласны ли люди с ним. Так что, пожалуйста, оставьте кого-нибудь за главного. Гарантирую, что барьеры продержатся до вашего возвращения.

— Генти…

Джокаста даже не представляла, что хочет сказать: то ли попросить ударить её, чтобы убедиться, что это лишь дурной сон, то ли приказать опустить поднятый лук. Но сальватор воспринял это как команду.

— Отлично! — Четвёртый подскочил к ней, схватил за руку и, улыбнувшись Генти, выпалил: — Я скоро её верну, до свидания!

Джокаста не успела издать не звука: мир вокруг содрогнулся от магии, раскололся на миллиарды цветных осколков, в каждом из которых происходило что-то своё. Здесь — удивлённое лицо Генти, который попытался остановить Четвёртого; здесь — демоны, ползущие по стенам; здесь — Элва с высоты птичьего полёта; а здесь — знакомые лица, смотрящие на неё, белые стены, испачканные кровью, и расколотый мраморный стол. Джокаста покачнулась, едва не лишившись равновесия, но Четвёртый подхватил её, помог выпрямиться и, улыбнувшись напоследок, испарился.

— Смотрю, тебе тоже было весело, — с усмешкой произнёс знакомый голос.

Джокаста расправила плечи и быстро оглядела зал совещаний, в котором была от силы два или три раза. За длинными столом, на котором виднелись пятна крови и глубокие царапины от когтей, сидели правители городов. Эйлау лениво развалилась на месте Киллиана. Юная леди Эдон сидела в окружении двух своих советников. Керук Рафт был лишь с одним из рыцарей, тогда как лорд Эш, казалось бы, привёл всю свою охрану. Леди Аррана стучала ногтями по столу и кусала нижнюю губу. Правители артизарских домов выглядели измученными и напуганными, один только Керук, казалось, продолжал думать о своём, ни на кого не обращая внимания. Киллиан беспокойно ходил из стороны в сторону, а мальчишка с короткими тёмными волосами и яркими голубыми глазами — по пятам за ним. Он что-то настойчиво повторял, но Киллиан отмахивался, то и дело поглядывая то на Третьего, замершего у закрытых дверей, то на Первую, стоявшую возле балкона.

Джокаста удивлённо моргнула, остановив взгляд на Фортинбрасе, и вновь посмотрела на мальчишку, ходившего за Киллианом. Он был намного старше, чем она помнила, выше, стройнее и величественнее, но это, несомненно, был принц Гилберт, крайне похожий на Фортинбраса. Джокаста поначалу даже решила, что это он и есть.

— Или не очень весело, — вдруг сказала Эйлау, в тишине её звонкий голос показался оглушительным. — Что, не добрались?

— Добрались, — выпалила Джокаста, даже не успев как следует обдумать ответ. — Они…

— Везде, — перебил Фортинбрас.