— Слава Богу! — Она не смогла скрыть чувства облегчения.

— Кстати, а что это произошло у тебя с моими предками? — поинтересовался Скотт. — Стоит мне только произнести твое имя, мать краснеет, а отец старается перевести разговор на другую тему.

— Да ничего особенного! После того как ты уехал, я пришла к ним попросить твой адрес. Твоя мать на меня наорала, что это из-за меня им пришлось тебя отправить к чужим людям, и адрес не дала.

Скотт вздохнул:

— Прости. Всем тогда досталось. Трудно сказать, кому больше.

— Это все прошлое, что о нем вспоминать!

— А не выяснить — так и будет болеть.

— Не о чем говорить. — Дон откинула голову на сиденье и уставилась в небо. День был прохладный, собирались облачка. — Похоже, будет дождь, — сменила она окончательно тему.

Вечер удался. Вспоминали всякие смешные истории, посплетничали об общих знакомых, наконец поспорили, кому платить. Он выиграл, и наверняка не совсем честно. А вот сейчас остается два шага до стоянки, Скотт быстро довезет ее до дома, и — отдыхать, отдыхать.

Внезапно Скотт остановился, повернулся к ней, взял за плечи. Еще раньше его рука мягко придерживала ее за талию, а она не смогла побороть желания, прижалась к нему — вот и результат.

— Какие у тебя планы на остаток отпуска?

Дон постаралась ответить спокойно:

— Надо бы домой пораньше вернуться. Полно дел. Эльфы у меня в квартире не водятся, так что придется самой заняться уборкой и всем прочим…

— Как мне тебя уговорить остаться еще на денек?

— Попроси.

— Прошу.

Господи, как же ей хотелось остаться, но ведь нельзя!

— Скажи «да», Дон. — Скотт мягко провел кончиком пальца по ее щеке, остановившись около уголка губ. И, чувствуя, что она колеблется, добавил: — Обещаю быть джентльменом.

— Джентльменом! — Она засмеялась. — А ты хоть знаешь, что это слово означает? Я ненормальная. Мне не стоит быть с тобой дольше. Но пусть все идет к черту, еще на денек останусь.

— На два! — Он решил закрепить позиции. — И я знаю, что такое джентльмен. Это значит — «нежный мужчина». Я докажу тебе, что я такой и есть.

— Но сейчас ты себя ведешь совсем не по-джентльменски! — Дон уже не могла сдержать дрожь, когда поняла, что он собирается ее поцеловать.

— Завтра! — Скотт с улыбкой подавил ее слабую попытку вырваться. — Завтра я займусь доказательством этой теоремы.

Его губы коснулись ее губ. У Дон перехватило дыхание. Не встречая больше сопротивления, он крепко прижал ее к себе.

— Сколько же я ждал этого! — прошептал Скотт, сливаясь с ней в поцелуе. Его язык уже касался ее зубов, стремясь проникнуть глубже. Дон почувствовала непреодолимое желание ответить ему лаской и сама прижалась к нему крепко-крепко. Скотт почувствовал вкус победы: «Если бы она меня не любила, она бы себя вела по-другому».

— Моя любимая девочка! — Его руки прошлись по ее спине, остановились на изящной выпуклости бедер. — Я знаю, что это безумие. Но ты свела меня с ума. Я ничего не могу с этим поделать. Я люблю тебя, Дон. Хочу, чтобы ты всегда была со мной. Чтобы у нас все было общее… — Он осекся, почувствовав, как она напряглась.

Скотт ослабил объятия и как-то неловко отступил на шаг. Не надо ему было этого говорить. Она еще не готова к его признаниям. Он виновато улыбнулся. Поднял руку, чтобы погладить се по щеке, но опустил на полпути.

— Дон, прости…

Она неловко поежилась:

— Если хочешь, чтобы завтра я составила тебе компанию, отвези-ка меня побыстрее домой.