— Ах так?! — Скотт брызнул на нее водой, оставшейся в руке, потом, набрав пены уже в обе руки, начал угрожающе приближаться. Дон отпрыгнула в угол, затем ловко нырнула ему под локоть, сама зачерпнула пригоршню воды и, недолго думая, плеснула ему за шиворот. Увернувшись, успела забежать за стол, оказавшись там в относительной безопасности.

Скотт улыбнулся. Боже, неужели возвращается та, прежняя Дон, неистощимая на всякие выдумки, веселая и живая?!

— Ну хватит, мир! Давай домоем тарелки и я пойду узнаю, чего он там…

Дон сразу вдруг как-то сникла, с опущенными плечами подошла к раковине. «Брент, наверное, успел ей что-то сказать, — подумал Скотт, — за ним не задержится, черт бы его побрал!»

— Ты что это? — В следующий момент ее глаза расширились от изумления — Скотт зачем-то расстегивал рубашку.

— Я слышал, надо потереть пузо божку, и тогда желания исполнятся. Я, конечно, не божок, но на худой конец сгожусь!

— Сумасшедший!

— Точно! — Он взял ее руку, прижал к своему обнаженному телу — где-то возле солнечного сплетения, сделал ею несколько круговых движений.

Дон с шутливой серьезностью провозгласила:

— Хочу…

— Только скажи какое-то важное желание, такое, о чем думала всю жизнь…

— Поздно! — печально откликнулась она. — Ну ладно: пусть парочка безработных эльфов займется уборкой моей квартиры. Там как будто торнадо прошел.

— А если это будет бывший мотоциклист-калека?

— Окна протрешь?

— Не уверен, но вот спинку тебе мог бы потереть.

— Для этого у меня есть щетка с ручкой.

— У меня это лучше получится.

От шуток, а еще больше от звука его голоса — мягкого, чувственного — Дон представила себе соблазнительную картинку: вот она сидит в ванне, а он мыльной рукой поглаживает ей спину, грудь, живот… И тут же замотала головой, чтобы избавиться от этих ненужных видений.

— Когда я поговорю с Брентом, давай пойдем погуляем или покатаемся. — Скотт вытер руки полотенцем, нежно прикоснулся тыльной стороной ладони к ее щеке.

— Покататься — здорово! — откликнулась она. Эта мисс Стейли навела на нее страха, в квартире не хотелось оставаться. Им надо поговорить со Скоттом без свидетелей. Она мечтательно улыбнулась. Свидание под полуночным небом — что может быть чудеснее?

«Проклятье!» — это было одно из самых мягких ругательств, которые вертелись у Скотта на языке, когда Брент наконец завершил свой монолог. Но чтобы освободить Дон от брачных уз, он готов ему отдать последний цент, тем более забыть о старых долгах.

— Сколько, Брент? — уточнил спокойным голосом Скотт.

— Ну, думаю, пятьдесят будет достаточно. — Брент неуклюже поворочался. — Я тебе все верну, с процентами, обещаю!

Скотт кивнул:

— Об этом позже. Пока что обещай дать копию чертежей моему инженеру посмотреть.

Бренту эта идея явно не понравилась, но он не стал спорить, молчаливо признав, что другого выхода у него нет.

— Да, еще, Скотти, пусть это останется между нами, ладно? Дон не хочет, чтобы я оставался гонщиком, так что это будет наш маленький секрет, идет? А когда машина будет готова, ей придется смириться…

Сколько таких «маленьких секретов» было за семь лет их брака? А получается, что Скотт вроде бы соучастник. Его подмывало отказаться наконец от этой роли, сказать Бренту, что тот ничего не получит, если не расскажет обо всем Дон, но тут же решил: ладно, последний раз.

— Хорошо, старик, ничего не скажу, — произнес со вздохом. — Только рано или поздно все равно вскроется.