Обессиленная, девушка положила голову на плечо Мироходца и закрыла глаза.

— Мы уже достаточно далеко, — прошептала она, — мне надо отдохнуть.

Холодная сырая ночь висела над незнакомым миром. Яркие звезды и три голубоватые луны освещали пространство вокруг путешественников.

— Здесь небезопасно. Я слышу его — Явг…

— Нет! — воскликнула Ксанча, вцепившись в его рукав. — Никогда не произноси это имя! Всевышний может услышать тебя! Из всего, что нам твердили в Храме Плоти, я свято верю только в одно: мы никогда не будем в безопасности, если не вычеркнем его имя из нашей памяти.

Урза стоял, уставившись в пространство, в его черных глазах плясали искорки. Казалось, он заглянул в самое сердце Фирексии. Осторожно взяв спутника под локоть, девушка повела его к ближайшему камню. Он шел нетвердой походкой, то и дело шаря руками по воздуху. Ксанча поняла, что он ослеп от многочисленных лучей, которыми стреляли в него демоны.

— Принеси мне воды, девочка, — еле шевеля растрескавшимися губами, прошептал Мироходец.

— Ты ничего не видишь?

— Это скоро пройдет…

— Оставайся здесь.

— Попытаюсь.

Ксанча не стала спрашивать, что это могло означать. У нее хватало опыта, чтобы определить, в каком мире она сможет выжить, а в каком — нет. В отличие от трех последних, этот мир оказался вполне гостеприимным. Земля была мокрой от недавно прошедшего дождя, а там, где есть вода, есть и жизнь. Кист еще действовал, под поясом хранилась переноска, и, даже если Урза исчезнет, она не пропадет.

У подножия холма, на который они приземлились, выскользнув из межмирия, Ксанча заметила небольшое озерцо и направилась к нему, скользя по мокрой глине. Вода казалась чистой и пригодной для питья, но в чужом мире нужно быть осторожной. Девушка зачерпнула из озера, понюхала и только после этого утолила жажду. Сняв с себя рубаху, Ксанча намочила ее и возвратилась на вершину холма. Урза неподвижно сидел на прежнем месте, согнув спину и уронив голову на грудь.

— Урза, — позвала девушка, — я принесла тебе воды.

Она положила его руки на мокрую рубаху. Урза приник губами к влажной ткани, а затем обтер бледное лицо. Словно внезапно ослабев, Мироходец выронил мокрую одежду и закрыл глаза.

Ксанча устроилась у его ног.

— Что еще я могу для тебя сделать? Там, внизу, пахнет ягодами. Хочешь, я соберу немного?

Урза покачал головой.

— Просто посиди рядом со мной. Поспи, если сможешь. Скоро наступит утро, летнее утро… — Мироходец опустил руку и погладил ее по голове. — Ты не ранена?

— Нет, со мной все в порядке.

Урза был Урзой в любом уголке любого мира. Ксанча успокоилась.

— Зачем ты пошла за мной? Ты могла погибнуть.

— Ты тоже. Или еще хуже — оказаться в Седьмой Сфере. — Девушка вздрогнула, вспомнив о Джиксе, и Урза почувствовал это.

— В Седьмой Сфере… Всевышний наказывает демонов?

— Да.

— Тогда я должен поблагодарить тебя.

— Да, — повторила Ксанча. — А еще ты должен был слушать меня, когда я рассказывала о Фирексии.

— Я построю другого дракона, больше и сильнее. — Голос Мироходца заметно окреп. — Теперь я знаю, где Фирексия. Я вернусь и отомщу за Мишру.

Девушка покачала головой.

— Будь у тебя хоть сотня драконов, один ты не сможешь победить. Нужна армия в три раза больше армии Фирексии, нужны стратегия и тактика! — Ксанча подумала о хранилище сердец. — Или единственная, но самая лучшая цель для тайной атаки.