Судья потеребил узел галстука, словно хотел сорвать с себя проклятую удавку. Глянул на потолок, помощи свыше не получил, тихо крякнул и громко вздохнул. Публика в зале невольно тоже возвела глаза к потолку. Ничего интересного, кроме темных разводов от последнего дождя.

Момент рассеянной задумчивости миновал. Судья рухнул в кресло.

— Следующее дело!

— Номер девяносто семь дробь семь-семь-восемь-восемь, — объявил секретарь и забарабанил дальше скороговоркой: — Народ против Джеральда Макниза Третьего, известного также под именами Джи-Мак, Джи-Мани и Трей Макниз. Стража, ввести обвиняемого!

— Ввести обвиняемого! — эхом повторил судебный офицер, открыв дверь в коридор.

Приуставшая публика уже привыкла к этому ритуалу перекрикиваний.

Мы видели, как со стула в «аквариуме» встает мужчина и в сопровождении полицейского направляется к нам в зал.

— Обвинение? — опять рявкнул судья.

Молоденький помощник окружного прокурора вскочил с места.

Его младенческое личико было залито потом.

Он лихорадочно копался в папках, лежащих перед ним на столе.

Судья исподлобья наблюдал за ним.

Парнишка наконец нашел нужное дело и растерянно произнес:

— Ваша честь, у меня пустая папка. Все документы по делу у мисс Келли!

Секретарь презрительно усмехнулся.

Судья Белл яростно тряхнул головой. До чего ему надоели эти беспомощные дураки!

— А где мисс Келли? — осведомился он.

Младенец с папками скорчил гримасу.

— Понятия не имею.

— Ну, у вас язык отнялся?

— Не знаю, ваша честь.

— Почему не знаете?

— Э-э… Я не знаю… почему… я не знаю.

Младенец, очевидно, не больше года как из юридической школы. Бессмысленно перебирая папки на столе, он краснел и мялся и еще больше потел под суровым взглядом судьи.

— Вы не знаете, почему вы не знаете? — безжалостно констатировал судья.

— Я… я не знаю, ваша честь.

— Следующий!!!

И опять в сумасшедшем темпе пошли нуднейшие дела: владение марихуаной, пьяные драки, нарушения общественного порядка.

Обвиняемых уводили из зала быстрее, чем публика успевала их хорошенько рассмотреть.

Когда судья почти полностью разгрузил «аквариум», он вспомнил о пропущенном деле.

— Вызовите еще раз Макниза! — приказал он.

Младенец с папками вскочил и опять красный как рак сообщил:

— Ваша честь, мисс Келли до сих пор не связалась со мной…

— Замечательно! В этом случае повернитесь лицом к публике и объясните ситуацию присутствующим.

— Что именно объяснить, ваша честь?

— Что вы сегодня не готовы, что из-за вас мы все теряем драгоценное время!

— Ваша честь?

— Лицом к залу, господин обвинитель! — рявкнул судья. — Не мне объясняйте — им!

Младенец, обиженно надув губки, повернулся лицом к залу.

Пока он соображал, что и как сказать, судьба ему улыбнулась.

Дверь открылась, и в зал, извиняясь одними губами за опоздание, вошла молодая женщина. На ней была строгая темная тройка. У блузки — высокий оборчатый воротник. Ни дать ни взять — священник в юбке!

Младенец расплылся в счастливой улыбке:

— Мисс Келли!

Секретарь машинально повторил «мисс Келли!» и покосился на судью. Буря миновала!

Кэролайн Келли быстро прошла вперед, к младенцу, стала рядом с ним и, улыбаясь судье, что-то шепнула младенцу в ухо. Я сидел настолько близко, что различил ее слова.