Наконец женщины удалились, и Алистер испытал облегчение. С мужчинами проще. Они по крайней мере говорят на понятном языке. И играют по более простым, хотя иногда и более жестким правилам. Надо только проявить ловкость и умение.

К тому времени как остальные мужчины присоединились к дамам в гостиной, ее отец давно ушел. Он отправился в зимний сад Толбертов.

Девицы, сгруппировавшись по двое или по трое, разбрелись по гостиной. Некоторые болтали, другие рассматривали иллюстрированные альбомы. Как только появился мистер Карсингтон, разговоры прекратились, альбомы закрылись, и девицы в облаках муслина пастельных тонов поплыли к нему, словно несомые мощным течением.

Видимо, навигационные образы возникли у Мирабель потому, что она заметила, как сквозь толпу девиц к ней пробирается капитан Хьюз.

Он пересек комнату и подошел к окну, у которого стояла Мирабель. Это была самая удаленная от камина, самая холодная часть комнаты. Мирабель ушла сюда потому, что была взволнованна и разгорячена после ужина, а к тому же здесь гуляли сквозняки, отпугивающие молодых леди. Их невинная радость на этом сборище утомляла и сердила ее, вечно недовольную старую деву.

Как она и надеялась; девицы избегали заходить в этот холодный угол. Гусиная кожа выглядит непривлекательно. Подходящие холостые джентльмены крайне редко появлялись на их горизонте, и одна лишь мисс Эрншоу пока надеялась на лондонский сезон, да и то ее надежды могли не оправдаться, потому что мистера Эрншоу пугали большие расходы.

— Я и понятия не имел, что у нас имеется такая очаровательная флотилия, — сказал капитан Хьюз, кивком указав в том направлении, откуда пришел. — Быть может, леди Толберт завербовала их в военно-морских силах других государств?

— Насколько я понимаю, вы имеете в виду молодых леди, — сказала Мирабель. — Она созвала их из самых отдаленных уголков Скалистого края. Теперь, когда ее младшая дочь вышла замуж, ей необходимо устроить еще чью-нибудь судьбу.

Она не сказала ему, что, по ее мнению, эти девушки хотя и миловидны, но слишком молоды и простодушны для мужчины, которого обхаживали и ублажали известные лондонские красавицы. Да и одеты юные леди были не по последней моде, что явно не импонировало его изысканному вкусу.

С другой стороны, они были молодыми и свеженькими, а это нравилось всем без исключения мужчинам.

— Кто-нибудь должен сказать ей, чтобы она направила их по другому курсу, — сказал капитан Хьюз. — Единственное судно в его поле зрения — это вы.

Мирабель вдруг охватила радость, но она тут же ее подавила, напомнив себе, что в соответствии с замыслом не должна отвлекать внимание почетного гостя.

Серое платье давно вышло из моды и совершенно не шло ей, но, чтобы действовало наверняка, она заставила Люси кое-что в нем переделать, и из скучного платья «без изюминки» оно превратилось в нечто кошмарное. Но самым большим достижением была прическа, которую против собственной воли соорудила Люси, — ничего более отвратительного нельзя было придумать.

Однако Мирабель не была готова к тому, что на ужине будет присутствовать столько красивых, молодых и мило одетых женщин. Увидев их, он может и не обратить на нее внимания.

Правда, капитан Хьюз сказал, что мистер Карсингтон ее не игнорирует, а капитан — человек весьма наблюдательный.

Очевидно, она выглядела до того ужасно, что вполне могла отвлечь внимание мистера Карсингтона даже от флотилии свеженьких молодых красавиц.

— Хотел бы я знать, что за игру вы затеяли, — сказал капитан Хьюз, блеснув черными глазами. — Эта оснастка является частью вашей игры? Могу я рассчитывать на объяснения? Или мне надлежит и дальше играть роль невольного соучастника? Ей-богу, когда я рассказывал байку о Чатсуортском каскаде, то даже не подозревал, что вы используете это, чтобы начать атаку.