— Его имя Густен? Оно настоящее?

— К сожалению, да.

Йельм задумался на минуту. Густен Бергстрём.

— Давайте выясним фамилию Карла-Густафа. Затем я навсегда оставлю вас в покое. Думаю, что оставлю.

Лена Хансон встала и выпрямилась во весь рост. Йельм отметил, какой гордой стала ее осанка. Еще недавно — возможный подозреваемый, а теперь по-настоящему свободный человек.

— Пусть этот гнев никогда не покидает вас, — вырвалось у Йельма.

Лена ответила ему ироничным взглядом.

Граф Карл-Густаф аф Сильверблад в 1992 году переехал в семейное имение в графстве Дорсет, Англия, с тем, чтобы затем получить образование в Оксфорде, подобно своему отцу и деду. С тех пор он не был в Швеции и не собирался возвращаться.

Бедные англичане, подумал Йельм, как же они произносят его имя?

Густену Бергстрёму оказалось двадцать восемь лет, он был несколькими годами старше своей сестры Лотты. Жил молодой человек в квартирке на Гамла Бругатан в центре города и работал компьютерщиком в отделе поездов дальнего следования Государственной железной дороги, а конкретнее — на Центральном вокзале.

«Во всяком случае, до работы ему недалеко», — подумал Йельм и позвонил в дверь квартиры двумя этажами выше старинной сапожной мастерской.

Он видел, что глазок на двери потемнел. «Не догадался, что проще посмотреть в окно», — мельком подумал Йельм и заорал: — Полиция! — А потом принялся колотить в дверь.

Открывший дверь мужчина был худ, как щепка; волосы всклокочены, на носу — очки с толстенными стеклами. Нечто среднее между подростком-хакером и бухгалтером средних лет, этакая странная помесь.

Йельм разочарованно посмотрел на Густена Бергстрёма. Он не мог быть убийцей, он никогда в своей жизни не решился бы на такое.

— Криминальная полиция, — сказал Йельм и показал свое удостоверение.

Густен Бергстрём впустил его, не сказав ни слова. Квартирка была очень бедной. Совершенно голые стены, в единственной комнате — компьютер. Прежде чем Бергстрём успел подойти к нему, чтобы выключить, Йельм рассмотрел на мониторе изображение обнаженной женщины. «Что это, компьютерная порнография?» — подумал полицейский, в душе ощутив себя стариком.

— Пожалуйста, садитесь, — учтиво произнес Густен Бергстрём.

Йельм сел на ветхий диван, а Бергстрём опустился в столь же древнее кресло.

— Я хотел поговорить с вами о вашей сестре, — начал Йельм как можно осторожнее.

Бергстрём немедленно поднялся и подошел к книжному стеллажу. Он взял с полки фотографию в позолоченной рамке и протянул ее Йельму. На ней широко улыбалась девочка-подросток, поразительно похожая на своего брата.

— Это Лотта до того, как она серьезно заболела, — грустно сказал Густен Бергстрём. — Это день ее шестнадцатилетия.

— Красивая, — сказал Йельм и почувствовал холодок внутри. Фото было сделано как раз в тот период, когда произошел инцидент в гольф-клубе.

— А в чем дело? — спросил Бергстрём и поднял очки на лоб.

— Когда ей было шестнадцать, она работала кедди в гольф-клубе в Кевинге. Вы это помните?

Густен Бергстрём слабо кивнул.

— Она когда-нибудь рассказывала вам о своей работе? — спросил Йельм.

— Нет, — вздохнул Бергстрём. Казалось, будто внутри у него что-то надломилось.

— Совсем не рассказывала?

Бергстрём впервые посмотрел инспектору в глаза. Каждый из них хотел услышать что-то от другого.