— Почти вся хора Херсонеса в наших руках. Надо сжечь поля херсонеситов, не дать им возможность собрать урожай. Угнать их стада… — Палак говорил, решительно рубя воздух ладонью. — Окружить город так, чтобы мышь не проскочила незамеченой. Голод заставит херсонеситов открыть ворота!

— Это всё равно, что носить воду в решете, — насмешливо сказал Зальмоксис. — Ты, видно, забыл, что у Херсонеса сильный флот, и съестные припасы осаждённым доставят морем. Этому помешать мы не в силах.

— У нас есть Посидей! — запальчиво воскликнул Палак. — Победитель сатархов.

— Честь и хвала ему за это, — Зальмоксис был раздражён упрямством брата; он его недолюбливал. — Но одно дело сражаться против лёгких пиратских миопаронов и бирем, а другое — с триерами эллинов, тем более, что их у херсонеситов гораздо больше, чем у нас.

— Довольно, — Скилур властным жестом остановил разгорячённого Палака, попытавшегося снова вступить в спор с Зальмоксисом. — Вы правы оба. Во-первых, нам нужно усилить флот. Для этого придётся заключить союз с таврами. С другой стороны, мы не овладеем хорой Херсонеса и самим городом до тех пор, пока херсонеситам помогает Боспор. Через тайных осведомителей мне стало известно, что царь Перисад шлёт морские караваны с оружием и продовольствием в осаждённый Херсонес. Кроме того, в Пантикапее набирают новых гоплитов, чтобы усилить гарнизоны столицы и городов Боспора. А это тревожно…

— Царь Перисад осмелится начать с нами войну? — с иронией спросил скептух, ведавший казной Скифского государства, седой, как лунь, старик с маленькой круглой головой. — Хе-хе… — вдруг рассмеялся он дребезжащим смешком. — Царь Перисад… Можно ли ждать плодов с дерева без корней? И кто поверит в воинскую отвагу мужа, предпочитающего не бряцанье доспехов и звон мечей на поле брани, а пиршественный стол?

Прозрачные намёки скептуха поняли все. Царь Боспора Перисад V не имел наследников, не отличался воинственным нравом и был весьма пристрастен к вину.

— В твоих словах есть доля правды, — ответил скептуху Скилур. — И всё же нам нужно поостеречься боспорцев. Если они ударят в тыл войскам Зальмоксиса, ему придётся худо.

— Хе-хе… — снова коротко засмеялся скептух. — Великий царь, выслушай мой совет.

— Говори, — Скилур относился к скептуху с почтением — несмотря на преклонный возраст, казначей был умён, как змея, и хитёр, как лис.

— Видно казна Боспора вовсе не так пуста, как утверждает царь Перисад, если находятся средства для помощи Херсонесу. Потому я считаю, что форос, выплачиваемый нам боспорцами чересчур мал, — скептух хитро сощурил выцветшие от старости глаза. — Нужно потребовать дань в двойном размере по сравнению с нынешней.

— Разумно… — сдержанно улыбнулся Скилур. — Пошлём к Перисаду послов.

— Но только после того, как наши гиппотоксоты вытопчут конями пшеницу, взращённую боспорцами, и распугают стада овец и коз, — продолжил скептух, растягивая в ухмылке тонкие губы. — И тогда царю Перисаду, хе-хе, будет не до Херсонеса…

— Решено, — после некоторых раздумий сказал царь скифов. — Палак! Гиппотоксотов поведёшь ты. Собирайся. Отправитесь завтра, к вечеру. Воины должны иметь по запасному коню. Главное — внезапность, быстрота, скрытность. С гарнизонами крепостей и больших поместий в бой не ввязывайся. Ты должен промчаться по землям Боспора как степной пожар. Жду тебя в Неаполисе через пятнадцать дней.