Она задумалась. Он не только предвидел, что она придет, но даже не особенно обрадовался, когда она оправдала его ожидания.

— Мне уйти?

— Нет. — Он жестом велел ей закрыть дверь. — Не сейчас. Пока вы не скажете, что вас привело сюда.

— А вы не знаете? — спросила она. Он, кажется, знал все, кроме этого.

Декер не ответил. Вместо этого он взял халат и надел его. Повязался поясом и указал ей на кресло, стоящее перед ним:

— Вы собираетесь стоять на холоде или подойдете ближе к огню?

Джонна почувствовала, что его слова вовсе не означают «добро пожаловать». В его голосе не было никакого радушия. Когда она шла к камину, лампа дрожала у нее в руках. Прежде чем она села, Декер взял у нее лампу и поставил на каминную полку.

— А вы не хотите сесть?

— Я с удовольствием постою, благодарю вас. — Его голос звучал отрывисто, а в глазах не стояла обычная усмешка. Сейчас они были похожи на синий лед, и от взгляда этих глаз Джонна вжалась в спинку кресла.

Она не обдумала заранее свою речь и теперь, покашливая, не знала, с чего начать.

— Прямота всегда помогала мне в делах, — начала она. — Могу ли я говорить так и сейчас?

— А у вас ко мне дело?

— Да, — сказала она. — Дело.

Он слегка махнул рукой:

— В таком случае непременно…

Джонна хотела встать со своего кресла, но Декер остановил ее. Она остро ощущала всю невыгодность своего положения.

— Мне приходило порой в голову, — продолжала она, — что у мужчины может быть любовница. Общество закрывает глаза на такие вещи, если они содержатся в тайне. Я подумала, что бывают отдельные случаи, когда все наоборот. Я подразумеваю, что женщина может завести любовника. Если женщина богата, она может его обеспечить, нанять для него особняк или помочь начать собственное дело. Они могут разумно договориться о взаимных услугах. Он будет хранить ей верность, конечно, пока их обоих устраивает соглашение. В противном случае они вольны расстаться. Он получит определенное вознаграждение, а она — гарантию, что он не расскажет никому об этой связи.

Уголки губ Декера слегка приподнялись, но его улыбка была холодна как лед.

— А я подумал, вы пришли сюда из-за того, что вам в конце концов стало ясно: моего брата вам не заполучить. Джонна резко вскинула голову:

— Что?!

— Полагаю, ваше сердце просто кровью обливалось, когда вы смотрели на него и Мерседес, — холодно сказал Декер. — Я никак не ожидал, что это может заставить такую янки, как вы, раскрыть свой тугой кошелек. — И добавил, не удержавшись:

— Кошелек, который вы носите на запястье, или тот, что находится у вас между ног.

Тут Джонна вскочила. Ее лицо побелело, и только фиалковые глаза ярко сверкали. Она долго смотрела на Декера. потом повернулась, чтобы уйти.

Декер схватил ее за локоть:

— Не вздумайте уходить!

Она попыталась стряхнуть его руку, но он держал ее крепко.

— Именно это я собираюсь сделать, — сказала она. — Пустите меня.

— А разве вам не хочется услышать мой ответ? — спросил он. — Хотя никакого вопроса вы мне не задавали, не так ли? Это, скорее, похоже на деловое предложение, но тем не менее оно требует ответа. Знаете, что я вам скажу?

— Пошлете меня к черту, — напряженно проговорила она. У него вырвался короткий невеселый смешок.

— Нет, хотя, вероятно, должен бы.

На этот раз, когда Джонна попыталась высвободиться, Декер заключил ее в объятия, и она оказалась прижатой к его крепкому телу.