— Северн, — повторила она, — наш самый близкий родственник по мужской линии.

На этот раз Колин поднял бровь.

— Что вы повторяете как попугай? — сказал он. — Я все прекрасно слышал.

Смутившись, она с упреком посмотрела на него:

— Ну, тогда вы хоть как-нибудь дали бы мне об этом знать.

— Мисс Лейден, — со вздохом сказал Колин, — если бы я вскакивал всякий раз, как вы меня удивляете, то давно уже лишился бы всяких сил.

— Значит ли это, что вы действительно удивлены? Разве вы до сих пор ничего не знали о Северне?

— Может, мне еще раз повторить вам громко и отчетливо? Я только что выразился достаточно внятно.

Этот унижающий тон заставил Мерседес выпрямить-ся в своем кресле. Она на миг закрыла глаза, молча проглотив нанесенную ей обиду, и прямо посмотрела ему в лицо.

— Вы можете мне рассказать, в каких вы с ним родственных отношениях, — сказал он. — Я этого тоже не знаю.

У Мерседес еще никогда не было такого неодолимого желания кого-то задушить. Но она сидела, смиренно сложив руки на коленях.

— Более правильно было бы сказать, что право на наследование имеет отец Северна: граф Розфилд и мой дед были двоюродными братьями.

— Значит, вы и Северн — четвероюродные сестра и брат?

— Что-то в этом роде.

— Целующиеся сестра и брат?

Мерседес вздрогнула. Она втянула голову в плечи и почувствовала, как зашевелились волосы у нее на затылке, а тело покрылось гусиной кожей. Она ничего не могла с собой поделать — по всему телу снова волной прокатилась дрожь.

— Какое пошлое, выражение! — напряженно сказала она.

Колин с интересом смотрел на нее, склонив голову.

— Вы ни разу не слышали его прежде?

— Нет, — выговорила она с трудом.

— Это просто означает, что кровное родство достаточно отдаленное и нет опасности кровосмешения, а следовательно, и препятствий для заключения брака.

— Я сама догадалась, — холодно сказала она, — моего образования для этого хватило. И все-таки это очень вульгарное выражение.

Голос Торна выражал полнейшее равнодушие:

— Может быть, вы перепутали выражение с самим действием.

— Я думаю, что…

—  — Целующиеся брат и сестра, — тихо произнес Колин, прислушиваясь к звучанию. — Нет, никаких вульгарных ассоциаций у меня в голове не возникает. Хотя, если признаться, когда я увидел, как Северн поцеловал вас в щеку, и даже не один раз, а два, я удивился: как это вам удается удерживать свои позиции?

Он почти улыбнулся, когда увидел, как она выскочила из своего кресла, как чертик из табакерки.

Мерседес кипела от гнева.

— Мои обязанности хозяйки не дают вам права потешаться на мой счет. Я пригласила вас сюда, чтобы предупредить о грозящей вам опасности. Если вы не прислушались к этому, то я умываю руки.

Она молча выждала несколько ударов сердца, пытаясь прочесть что-нибудь на его лице. Его глаза были похожи на отполированный обсидиан — сверкающий и неприступный.

— Прекрасно, — сказала она, так и не дождавшись ответа. — Всего хорошего, капитан Торн!

Мерседес сделала изящный поворот, так что ее юбка развернулась в воздухе как веер. Она уже шагнула к двери, как вдруг внезапно остановилась.

Колин захватил в кулак подол юбки и резко притянул ее к себе. Опираясь спиной о край графского стола, Колин зажал ее между расставленными ногами.