- Вы мне подходите. Хорошо деретесь. Красиво. Тихон не стал возражать, хотя он и был портив термина "драка", но этот бой было бы правильней всего назвать именно так. А уж насчет эстетики он действительно постарался, хотя, в какой-то момент решил не показывать всего, на что способен. - Да, - По телу Тория Ильдасовича вдруг прошла волна, - А этот удар, между ног, вам не повредил? Демонстративно Коростылев смахнул воображаемую пылинку с манжеты:

- Какой? Я что-то не помню такого... Следующие полчаса ушли на обсуждение деталей найма. Тихон узнал, что работать придется большей частью по вечерам и ночью. Предложенная оплата в пять тысяч рублей показалась мизерной. Коростылев успел заглянуть в меню, и цены, указанные там заставили его попытаться поднять свою ставку в три раза.

Сошлись на десяти тысячах. После этого в руках Севастопольского появился контракт, который Тихон должен был подписать. Документ был весьма обширен, со множеством пунктов и параграфов. Коростылев сперва взял предложенную ручку, но потом сложил листы вчетверо и заявил:

- Дома изучу. После этих слов оказалось, что бледный Торий Ильдасович может побелеть ещё сильнее. Но, видно уж очень сильно он заинтересовался персоной Коростылева, потому что, после недолгой паузы, великодушно разрешил. Контракт лежал у Тихона в кармане, и Севастопольский лично проводил потенциального вышибалу до дверей. Прощаясь, он задал вопрос, который сперва заставил Коростылева насторожиться:

- Умеете ли вы действовать против вооруженных людей? В следующее мгновение Тихон понял, что речь идет не об огнестрельном, а холодном оружии, типа вилки, но все равно, на всякий случай сказал уклончиво:

- Смотря какого... Казалось, Торий Ильдасович и этим ответом остался доволен.

LIX. СТРАННАЯ ЭСТРАДА.

Контракт, который Тихон пристально изучил дома, оказался составлен весьма толково. В нем нашлось множество пунктов, которые превращали человека, безоглядно его подписавшего, буквально в раба заведения. Уволиться самому было практически невозможно, рабочий день оказался ненормирован, даже внешний вид подчинялся особой регламентации. Все то, что не устраивало Коростылева, он жирно подчеркивал красным карандашом, и этими пометками пестрел весь документ. "Работник несет ответственность за испорченное имущество предприятия." "Прочь!" - Отмечал Коростылев. "Питание может производиться на предприятии за счет работника." Не годится. Ресторан таки, а цена за один борщ, как отчетливо помнил Тихон была такой, что на эти деньги можно было прожить неделю. "В случае возбуждения уголовного или административного дела по вине работника, которую он допустил в стенах предприятия, предприятие имеет право уволить виновного." Это что такое?

Если забулдыга, которого пришлось выставить за дверь, придет с протоколом о побоях, и по нему возбудят дело - Коростылева просто вышвырнут? Долой!

Но был там один пункт, который заставлял крепко задуматься. Звучал он так:

"Предприятие вправе заключать с работником контракты на разовую трудовую деятельность, не идущую в ущерб основному занятию работника. В случаях немотивированных отказов предприятие вправе на месячный срок перевести работника на нижеоплачиваемую должность" "Ага, - Подумал Тихон, Был вышибалой, стану помощником вышибалы.